Кодекс Арафской дуэли (12+)

собственно, ни о чем он не думал, во взбудораженных мозгах скакали не то что мысли — мыслей как таковых не было, — обрывки фраз, отдельные слова. Было только понимание того, что вот эту растерянную растрепанную рыженькую девушку нельзя ни в коем случае отпускать от себя, а то пропадет, и ищи ее потом. А не найдешь — то и Кали пропадет. И простое соображение, что чиновничий аппарат Беруджи не то что девушку, иголку найдет даже не в стоге сена, а во всех стогах Империи, и лист дерева, спрятанный в любом лесу Империи, — поставь только задачу! — никак не могло угнездиться в его голове.

Странное, должно быть, они представляли зрелище: злой юноша в мятой расстегнутой студенческой куртке, волокущий куда-то за руку перепуганную девушку. Правда, любоваться зрелищем было практически некому: в аристократическом квартале жизнь сейчас сосредотачивалась где-то в районе каретных дворов, задних ходов, в службах и флигелях прислуги. Улицы были тихи и пусты, не было даже дворников, и разве что изредка проезжали экипажи заканчивающих ночь гуляк.

В очередном приступе изнеможения Кали опустился на высокий бордюр тротуара и девушку заставил сесть рядом с собой. Так они несколько минут сидели, как нахохлившиеся воробьи, молча, обмениваясь сердитыми взглядами, пока рядом не материализовался невесть откуда полицейский.

— Не положено, — укоризненно сказал он. Довольно мирно сказал, но Кали воинственно повел тонким хищным носом и так прищурил глаз, глядя на полицейского снизу вверх, но казалось, что сверху вниз, что рука служаки сама собой потянулась к дубинке, и дело, пожалуй, могло бы окончиться дракой, если бы до полицейского не дошло, где он видел этого наглого студента.

— Ваша светлость? — неуверенно спросил он.

Кали разочарованно фыркнул. Подраться, похоже, не удастся. Хотя... как он будет драться, если нельзя отпустить руку девушки?

— Ваша светлость... — тихо попросила девушка. — Да что это с вами?

— Молчи! — прикрикнул Кали и встряхнул руку девушки. Она ойкнула, потому что силу он не умерил, и Кали поспешно сказал, погладив ее запястье: — Прости, пожалуйста, я нечаянно.

— Может быть, проводить вас, ваша светлость? — нерешительно спросил полицейский.

— Я пьяный или, может быть, сумасшедший? — осведомился Кали.