Кладоискатель поневоле

— А во сколько оценивается клад, господин Огайсин?

— По нашим скромным подсчётам, — Огайсин нагнулся вперёд, — около миллиона золотых рублей.

— Около… — поражённый Талтин осёкся на полуслове.

Он никак не ожидал услышать настолько внушительную сумму. Талтин быстро прикинул в уме. Тогда его доля составит 50 тысяч! Этого с лихвой хватит для оплаты долга. Боясь поверить, он понизил голос до самого тихого шёпота и переспросил:

— Вы сказали, около миллиона?!

— Да,— скромно подтвердил Огайсин, — золотом, серебром, драгоценными камнями, украшениями и всякой утварью.

Но Талтин уже не слушал собеседника и весь углубился в чтение. Несколько странная буквенная вязь с завитушками на гербовой бумаге гласила:

«С подписанием сего документа Вы становитесь участником Компании по поиску кладов «Сафин и Ко» под предводительством господина Раиля Сафина, сроком на одну кампанию с правом на получение двадцатой доли от совокупного дохода.

Вы имеете право внести вступительный взнос после получения искомого дохода.

В случае несчастья все похоронные издержки ложатся на Компанию. Если несчастье произойдёт после получения искомого дохода, доля покойного будет наследована его родственникам.

Вы обязуетесь держать в строжайшей тайне всю деятельность Компании во избежание известных неприятностей.

Раиль Сафин и Ко»

Документ заканчивался большой витиеватой подписью предводителя Компании. Талтин несколько раз старательно перечитал документ, совсем забыв о своём ужине.

— Я должен подписать этот договор?

— Да…

Огайсин хотел сказать что-то ещё, но Талтин уже успел крикнуть половому, чтобы тот принёс перо и чернил.

— Договор необязательно подписывать прямо сейчас, — вдруг покраснев, сказал Огайсин. — Будет лучше, если вы ещё сами познакомитесь с предводителем Компании господином Сафиным. Осталось ещё несколько тонкостей…

Принесли перо и чернила, и Огайсин, замявшись, прервал свою речь.

— Я уже принял решение, господин Огайсин, — покачал головой Талтин, когда половой удалился.

Талтин вытащил перо из чернильницы и смахнул с острия прилипшую муху. Как он и предполагал, перо было плохо очинено. Талтин обмакнул перо в чернила и, не разворачивая полностью свиток, коротко и решительно поставил подпись внизу бумаги.

— Господин Талтин, — пробормотал Огайсин, — вы должны понимать, что может случиться всякое и что кампания не принесёт вообще никакого дохода.

— Я понимаю.