Царь-жемчужина

Кто-то не просто убил оборотня, но и очень быстро отделил голову от тела и сумел остановить обратное превращение*. Голова волколака осталась звериной, только челюсти укоротились да глаза почти вернулись к человеческому виду. Но если не приглядываться, то и не заметишь.

Кто же добыл такой трофей? Трактирщик? И знают ли посетители, чья голова висит на стене?

Ефрем облизал враз пересохшие губы. Ему и так было неуютно, а теперь он весь напрягся, ожидая неприятностей. Особенно ведьмака беспокоила компания крепких мужчин за дальним столом.

Они сидели, вальяжно развалившись на стульях, смеялись и с ленцой потягивали пиво. Гулящие девки стайкой вились у их стола, а трактирщик поглядывал на этих мужчин с уважением. А Ефрем даже на расстоянии чувствовал, что за их ленью и спокойствием прячется что-то жестокое и страшное.

Размышления ведьмака прервал юноша-подавальщик. С поклоном поставив квас и крендельки, он шепнул, скосив глаза на дальний столик:

— Атаман Кудеяр с ватагой!.. Осторожней!

Ефрем благодарно кивнул юноше и протянул ему грошик.

Подавальщик ушёл, а ведьмак украдкой разглядывал знаменитого разбойника, о жестокости и удачливости которого ходили легенды аж от Смоленской до Саратовской губернии. Уж не он ли оборотню голову с плеч снёс? А запросто. Поди этот чернобородый атаман и сам колдун.

Ведьмак с азартом прикидывал, как бы незаметно проверить Кудеяра, но тут подавальщик сказал, что комната готова. Ефрем встряхнулся и, решив всё-таки не испытывать судьбу, допил квас и поднялся на второй этаж.

…Нужная комната была в конце коридора. Самая обычная комната небогатого трактира: кровать, столик, табурет, полка и крючок на стене для одежды. Разувшись, ведьмак улёгся прямо на заправленную кровать и с наслаждением потянулся всем телом.

— …Да эта дура набитая уши развесила, как только я речи про любовь завёл. Всё рассказала: где папаша товар хранит, где ключи, кто сторожит. И это ещё до того, как я посватался, а папаша добро дал на свадьбу! — вдруг отчётливо прозвучал рядом грубый мужской голос.

Ефрем ошалело заозирался по сторонам. И только потом сообразил, что его комната находится прямо над столом Кудеяровой ватаги. Поэтому и слышно.

— Ты что, Остап, остепенился теперича? — хохотнул другой голос.

— Ещё чего! — самодовольно ответил первый. — Девицу-то я после церкви увёз в наше логово, на свадебный пир. Славно погуляли! Жаль, тебя тогда не было. И прямо за столом я ей сначала косу отрубил, потом руку, а потом и голову.