Улыбка

Хранитель Добра выхватил ППС и нажал на курок. Мучения бойцов прекратились. Оставив догорать трупы убитых, Морозов ринулся к зданию штаба. Перебегая улицу, он увидел знакомую СУ-152. За ней схоронилось отделение бойцов в стальных кирасах, отстреливаясь от неумолкавшего MG-34, поливавшего площадь смертоносным градом. Огонь вёлся из башни «Дона». «Штаб…» – подумал дракон. Тут же раздался страшный грохот – «Зверобой» Космодемьянского решил поставить точку в сопротивлении. От грохота заложило уши. Хлюпенькое здание справа от башни от ударной волны сложилось, как карточный домик.

– За мной! – воскликнул старший сержант Василий Попов, командир штурмовой группы, и ринулся в сторону башни. Ворвавшись внутрь, он почувствовал, как рядом просвистели пули.

– Sovietische Truppe! – проорал кто-то внутри. – Zurück! Schnell! In den Keller! Schützen den Kommandanten! (Нем.: Нем.: Советские войска! Назад! Быстро! В подвал! Защищайте командира!)

– Вот гады! – сказал подоспевший боец и пустил очередь из ППС по скрывающемуся в подвале немцу.

Бойцы ринулись к лестнице. Вниз полетели гранаты. Крики немцев. Прогремели громкие хлопки.

– Давай вниз! – прокричал Морозов. – За мной!

Хранитель Добра пробежал по лестнице, и тут же перед ним выскочил крупный немец и схватил его за горло. Борьба продолжалась недолго – меткая очередь бойца сзади оборвала жизнь отчаявшегося солдата.

– Чего делать-то теперь? – спросил один из бойцов.

– Что, что – ворвёмся и перестреляем всех к едрени-фени! – ответил другой, перезарядив ППШ.

– Ага, – упрекнул третий. – А если у них там Шмайсеры? На такой близкой дистанции нам сразу в могилу.

– Погоди, – успокоил солдата Хранитель Добра, прислонившись к стене. – Можно я попробую?

– Ты чего удумал, Морозов? – усмехнулся кто-то.

– Сейчас увидишь, – прошептал наш герой. Прокашлявшись, он громко выдвинул ультиматум: – Herr General! Sie sind umgegeben. Folgender Wiederstand ist sinnlos! Strecken Sie die Waffe und gehen aus! Wir werden nicht schiessen. (Нем.: Господин генерал! Вы окружены. Дальнейшее сопротивление бессмысленно! Бросайте оружие и выходите! Мы не будем стрелять.)

Наступила тишина.