Улыбка

А между тем стоявшие неподалёку гаубицы Б-4 и противотанковые пушки Зис-3 беспрерывно колотили по Доне, откалывая всё новые и новые куски и уничтожая многочисленные пулемётные точки. Грохот стоял страшный. Александр Анатольевич в глубине души уважал упорство потомков нибелунгов, но кипящая месть за родную сестру была намного сильнее: за Зою он был готов разворотить укрепления форта до основания, не оставить на них камня на камне.

– Товарищ старший лейтенант, товарищ старший лейтенант! – раздавшийся откуда не возьмись голос заставил самоходчика обернуться назад.

К корме самоходки, держа в почерневших от копоти ладонях ППС-43, бежал парнишка, лет двадцати-двадцати пяти, в выцветшей зелёной гимнастёрке, то и дело поправляя наползавшую на глаза помятую осколками каску. Лейтенант нахмурился, и не успел солдат добежать до «Зверобоя», как командир самоходки проворчал:

– Чего тебе?

– Рядовой Михаил Алексеевич Морозов, товарищ старший лейтенант! – отчеканил боец, отдав честь. Командир самоходки снял шлемофон и, то и дело оглядываясь на сотрясавшиеся от артобстрела форты, отрезал:

– Лейтенант Космодемьянский.

Давай выкладывай, Морозов, не могу я на тебя время тратить! Пока мы этот чёртов форт не раздолбаем, не будет мне покоя.

– Я знаю, где у крепости слабое место, – ответил наш герой, отдышавшись.

– Врёшь! – не поверил своим ушам Космодемьянский. Морозов только хитро улыбнулся в ответ. Не знал танкист, что под маской непутёвого рядового скрывался самый настоящий ледяной дракон, что вот уже несколько тысяч лет боролся со злом в этом мире, повидав сотни войн и бессчетное количество смертей на своем вечном веку.

– Никак нет, товарищ старший лейтенант! Чтоб мне на этом месте провалиться, если всё не так, – отчеканил Хранитель Добра и вытянулся по струнке. – У «Королевы Луизы» есть хлипкий кусок, который так и не укрепили. Если туда ваш «Зверобой» ударит, стена в щепки разлетится!

– Верно говорит, товарищ командир! – согласился заряжающий. – Наш «Зверобоюшка» её в два счёта. Вы же помните, как мы пулемётное гнездо на первом этаже булочной разворотили?

– Помню, Дима, помню… – задумчиво протянул Космодемьянский.

– Да куда ж ты пойдёшь, малой! Ты поди из резерва только.

– Я ещё с сорок первого воюю, товарищ старший лейтенант, – возразил наш герой. – Уж кого-кого, а опыта у меня предостаточно.

– Слабо верится… – командир посмотрел в бинокль. – Эх, была ни была! Ладно. Попробуй, Морозов! Надеюсь, ты заговорённый.

– Есть! – отчеканил наш герой.