Пожар несостоявшейся полыни

Вдохнула-выдохнула.

— Ну что, — заговорщически сказал Онагост, — пошли в лес?

И оглядел их лица. Житеслав недовольно скривился, а Кристалина подняла на брата глаза и кивнула.

— Пошли. Если для тебя это так важно, то кто я такая, чтобы лишать брата счастья.

— Кристалина!.. — возмущённо и удивлённо осёк Житеслав.

Она резко вскинула руку, прикрыв глаза, прерывая его.

— Будет цветок — прекрасно, не будет — значит, лишний раз тебе докажу, что всяким старикам верить не стоит. До конца дней буду припоминать, братец.

Онагост готов был расцеловать её в обе щёки и так бы и поступил, если бы его не пробрал смех, вмиг заклокотавший в горле. И стало ещё смешнее, когда Кристалина недоумённо вскинула бровь.

— Да я наврал тебе, — хихикая, выдавил он. — Ни в какой лес я не собирался. По крайней мере, сегодня...

Он потрепал её по макушке и всё-таки чмокнул в щёку и прижал к себе одной рукой.

— ...Но спасибо. Правда, я очень рад, что ты согласилась.

— Да? А я уж было подумала, что у тебя совсем крыша поехала.

Житеслав как-то странно хмыкнул и склонил голову, закрывая лицо руками. Под прядями, сверху — на лбу и макушке — порыжевшими от солнца, Онагост увидел, что тот играл желваками.

Онагост объяснил, что собирался задержаться здесь до полудня, а потом уже выдвигаться в путь. Кристалина решила: раз они никуда не спешат, она доест и снова завалится спать. Иначе потом никакой тяжеловозный конь её не оттащит.

— По рукам, — довольно заключил Онагост.

— По рукам... — эхом отозвался Житеслав, прожигая взглядом последний ломтик репы, который сей же миг утащил Онагост, подкинув заместо кусок курицы.

***

Когда Кристалина проснулась в следующий раз, солнце уже покосились в сторону леса. Значит, время пошло за полдень. И её никто не разбудил. В груди стянуло тревожной плёнкой. Она соскочила с кровати, наскоро надела сапоги и, даже не взглянув в медное зеркало, бегом кинулась по лестнице, на ходу ощупывая щёку в бороздках от складок подушки.

Посетителей поубавилось, и теперь в зале сидели всего трое, да и те наверняка собирались уходить. Ни Житеслава, ни Онагоста среди них не оказалось. Кристалина с трудом сглотнула.

После затхлой корчмы воздух на улице показался сладким. У невысокого заборчика, скрестив ноги, сидел Житеслав, а подле него крутился рыжий котёнок, и Житеслав играл с ним, то подсовывая пальцы, то убирая, прежде чем зубки сомкнулись бы на них.