Пожар несостоявшейся полыни

Но больше всего пугали тёмные трещины на коре, услужливо складывающиеся в лица, и были они не то скорбными, не то замученными. А пройдя ещё несколько шагов, Онагост обнаружил, что такие рожи были на каждом деревне, а у некоторых стволов отходили боковые ветки и…

— Будто руками тянутся, — прошептал Житеслав.

Наверное, ещё немного, и Онагоста хватит удар. Вот завёл так завёл. Неужели это древнее капище, поросшее корой и лишаём, или что-то страшнее? Что-то, что разум человека не способен принять и понять, потому только тревожно бьёт в набат кровью в висках, заставляя развернуться и бежать, что есть мочи.

Житеслав выругался, припоминая о своей просьбе не сглазить их удачу, и освятил себя священным знамением, прошептав пару слов молитвы, а затем тихонько начал просить Лешего вернуть их обратно. Наконец, достал из сумы кусок пирога, сбережённый с завтрака, и положил под берёзой.

— Раньше надо было, — махнул Онагост.

Житеслав хмуро на него зыркнул.

— Раньше да раньше! Ты знаком с законами леса? Сколько живёшь на свете, а голова твоя дурная так и не уразумела, что чародейская кровь вовсе не означает вседозволенность, вы равны так же, как и обычные люди.

Онагост осклабился, скрестив руки на груди, и вмиг стало темно. Кристалина нащупала плечо брата и прижалась к нему. Житеслав так и остался стоять один, едва различимый в тусклом свете.

— Это что, — спросил он, — двое против одного?

— Понимай как хочешь, — отрезал Онагост, развернулся и пошёл вперёд, освещая путь вновь всплывшим над ладонью пламенем, ставшим из закатного кроваво-рыжим.

Дорога игриво виляла между стволами — да и дорога ли? Так, звериная тропка — и уводила глубже, и деревья стали больше походить на людей, заточённых в шрамированные дёгтем стволы. Становилось жутко от мысли, что когда-то это действительно могли бы живые люди, которым просто не повезло. Онагост поспешил поделиться мыслью с Житеславом, чтобы не держать её в голове и успокоиться, но лицо того вдруг просияло, будто мысль его обрадовала.

— Это Роща скорби, — восхищённо сказал Житеслав.

Кристалина недовольно хмыкнула, ясно давая понять, что не намерена слушать никаких ужасных историй, и Житеслав поспешил заверить, что ничего пугающего в ней нет.

— Когда-то они действительно были людьми и, возможно, даже шли по этой земле, прямо как мы, — начал Житеслав.