Князь Рязанский

* * *

- Здрав будь, батюшка, - тихо сказал я, зайдя в темную комнатку с единственным мутным небольшим оконцем. Глаза мои со свету ничего не видели.

- Ты ли это, Михасик?

- Я батюшка, - сказал я, и у меня почему-то потекли слёзы, - не вижу тебя.

Я распахнул дверь, и в конусе её света увидел лежанку, а на ней сухонького старика в холщовой рубашке, смотрящего в мою сторону. Я быстро подошел к нему, и опустился на колени, склонив к нему голову. Отец положил мне на голову руку. Она была тяжёлая и холодная.

- Я вам снадобья принес, надо выпить, - сказал я, доставая из сумы флягу.

Положив флягу на пол, я помог отцу сесть. Он был совсем лёгким.

- Подними меня, я встану. Хочу обнять тебя. Прижать к груди.

Я поднял его, поставив на ноги. Он, оставив у меня на шее свои высохшие руки, выпрямился.

- Какой ты… крепкий у меня уродился.

- Так и вы не маленький были, батюшка. Это сейчас… совсем… Садитесь выпейте отвар. Специально для вас лекарь готовил.

- Ох сколько я уже всего выпил…

Я дал ему флягу.

- Надо выпить всё.

Он выпил.

- Хороший вар. На зверобой похож.

- Я вам, батюшка, оставлю порошки. Они в этой сумке. Пейте по одному в день. Я дён через двадцать вернусь. А может ранее. И заберу с собой в Московию. Неча тут тебе… Одному. – И я опять заревел, уже в голос.

- Будя-будя, паря. Ты чо, как маленький? Чему быть… - он закашлялся нормальным туберкулёзным кашлем, который я видел только в фильмах про революционеров, болевших чахоткой.

- Ты дождись меня, - я не заметил, как перешёл на «ты».

- А ты бы рассказал, как воевал, Михась.

- Ты не видел войны, чоли? – Забубнил я. - Неча сказывать.

Оставаться в заполненном палочкой Коха помещении мне не улыбалось, хоть я и был привит от туберкулёза, но физически ощущал, как эта палочка переполняет меня. А потом я вдруг понял страшное. Это я тот привит, в новом времени, а этот я не привит. Внутри всё похолодело.

- Всё, батяня, сотня ждёт. Приеду скоро. Прощевай, - сказал я, и пулей вылетел из комнаты, прикрыв дверь.

- Вот балбес! У меня же есть вакцина, а я, как последний… лох… Надо срочно…- бормотал я, спускаясь по ступеням каменного дворца во двор.

Но моя вакцина была в Москве. Тут, только самое необходимое.

Найдя княжеского ключника, я передал ему грамотку, скреплённую печатью Князя Бориса, в которой черным по белому было сказано, что боярина Фёдора Телятевского переложить в самую светлую, и чистую комнату.