Дети Гамельна

Нервно дернув плечом, Мартен от души приложился к кружке, пытаясь запить горький привкус, вдруг объявившийся во рту. 

     - … И вот, как аршбакэ бешиссен этот, на флейт сиганул с размаху, с небес об нас грянувшись, поняли мы, что смерть пришла. А даже помолиться, напоследок, никак. Так и ушел на дно наша ласточка, - скупая слеза скатилась по небритой щеке, то ли от чувств, то ли от обилия пряностей в похлебке, с которой Мартен сноровисто чередовал пиво. -  Даже словом его не помянули.

Не идет молитва, когда корабль твой тонет, а рядом такая скотина бултыхается, глазищами сверкая.

   - Это точно! – мрачно подтвердил один из наемников, что сидел рядом с сержантом, перебив рассказчика. – Только ругань лезет, да богохульства непотребные.

  - Со Змеем сталкивался? – совсем по-другому  уставился на него спасшийся.

    Мирослав злобно оскалился той половиной лица, что была обращена прочь от боцмана. Незаметно наступил говорливому товарищу на ногу, и пихнул локтем, чуть не выбив дыхание.

   - Кх, гм…– закашлялся тот.

  - Тонул он,- пояснил Швальбе, недобро косясь. – А когда из воды тянули – румпелем по башке получил. А потом и веслом. Вот и заговаривается иногда.

   - Ну, это бывает… - понимающе протянул боцман.  – Дело такое. В горячке могут и не такое учудить. Так вот, флейт булькнул с концами. А когда даже мачт видно не стало, гад этот, ехидна подлинная, пасть свою отворил во весь размах, и как начнет вокруг воду пенить! Прет, как будто карета восьмериком запряженная, только брызги до самых небес!

  Боцман перевел дух, успокоив натруженную рассказом глотку пивом, принесенным прямо с ледника.

   - Ага. И, это, прет, как бык на случку. Значит, я молюсь, Отто, матрос мой, Господа поносит непотребно… А оно воду режет кругом и как будто кто-то шепчет постоянно.

  - Шепчет? – насторожился капитан, подавшись всем телом вперед.

  - Есть такое, то есть было.

– Поправился моряк.– Со всех сторон такой тихий-тихий «Умру. Скоро. Быстрее» и все такое, тому подобное. Думал, по-первости, что наваждение. Потом Отто расспросил, тоже самое слышал, только решил – то бесы в уши перед кончиной нашептывали. 

  -  Занятно… - Швальбе задумчиво крутил неприметный перстень. – А потом что?

  - А потом… - боцман замолчал.

  - Ну, что потом? – спросил, молчавший до этого сержант.