Меч, Корона и Посох. Часть I "Меч"

Признательная улыбка Латоны была ей ответом. За последние годы госпожа Уайтинг, казалось, растеряла всю свою важность и чопорность, хотя, скорее, всё это было напускным: наверняка директриса внутри была отнюдь не такой. Далее последовало прощание Эйрента, Ипатии, Дриадена и Флорены с остающимися членами семьи и учителями, обещания Арлина и Раймоны хорошо учиться и неизменные наставления Рендома всем детям о безупречном поведении представителей семьи Гамильтонов. Уходя, все долго махали друг другу руками. После этого Латона и её четверо старших детей направились на пароходную пристань.

На пристани как всегда в этот день царила толкотня. Но Латона и её четверо детей уверенно прошли на посадку. Вместе с Гамильтонами отправлялись в путь и их ихтитеунские друзья и кузены, например,Святомир, Герион, их сестра Инесса, которую сопровождала госпожа Рюрикстон, Тиамин, Мерлин, а также, к огромному удивлению Эйрента, Мерлина и Тиамина, Соргин. Летом Мерлин и Тиамин второй раз выбрались к Соргину и взяли с собой Эйрента.

— О, Инесса! — сразу подбежала к ней Флорена.

К ним присоединились подруги Ипатии, и девочки вступили в оживлённый разговор.Женщины — Латона и госпожа Рюрикстон тоже нашли общую тему для разговоров. Мальчики собрались в стороне и тоже болтали.Ребята поинтересовались, что за книжку держит Соргин в руке.

— Это же таргис, — удивлённо показал обложку Соргин, и Эйрент удивился, что бывший одноклассник уже изучает эту священную книгу касториан. Ведь стать священником тот собирался уже после Спецлицея.

Разговор, начавшийся обсуждением будущей профессии Соргина, постепенно переключился на другие темы. За разговором Эйрент потихоньку наблюдал за Флореной; та оживлённо болтала с подругами и, казалось, совсем не волновалась из-за начавшихся изменений в своей жизни. Это отличало её от Дриадена, который два года назад суетился и чувствовал себя не в своей тарелке, когда впервые ехал в Спецлицей.

— Ты наблюдаешь за Флореной? — услышал он голос матери, которая вместе с Ипатией подошла сзади.

— Да, мама.

— Я тоже, — призналась Латона, — и я счастлива. Ведь тогда мне не удалось везти Ипатию, так теперь везу и Ипатию, и Флорену.

— А, тогда болела Раймона, — вспомнил Эйрент. Ему на всю жизнь запомнились мельчайшие детали своей первой поездки в Спецлицей.

— И поэтому я вдвойне счастлива сейчас, — добавила Латона.

— И я, — произнесла Ипатия, прижимаясь к ней и словно выражая этим свою признательность.