Самый большой алмаз

И тогда он решил удалить меня из Парижа, выдав денег на путешествие с наказом, чтобы я не возвращалась в столицу ранее чем через два года. Он был уверен, что его дочь будет проводить время в Ницце, на худой случай в Италии, но я решила сесть на корабль и увидеть эту чудесную страну, о которой так много читала. Господа, встреченные мной, были так любезны, что согласились составить компанию в моем путешествии. И знаете, я в восторге! Это так экзотично!

Майор трижды пытался остановить мой рассказ, он очевидно понимал со слова на третье, но куда уж там! Роль восторженной дурочки давалась мне легко, при этом я не переигрывала, была естественной настолько, что и сама была готова поверить.

– Где же Ваш багаж? – все же сумел вставить слово офицер. – Молодая мадмуазель должна путешествовать с соответствующим количеством вещей.

– Нас обокрали в Ахмеднагаре, – за меня ответил Чарльз. – Индийцы – та еще сволочь! На миг оставишь имущество без присмотра, как его уже нет. Мадмуазель Бернье потеряла почти все свои вещи.

Французский баронета был еще более ужасным, чем у майора, но он как бы дал понять, что будет разговаривать на том языке, который понимает дама.

Зато я узнала свою фамилию, как кстати.

– Впрочем, в Нагпуре мадмуазель Элен сможет купить все, что нужно девушке. Мы едем туда, чтобы дальше двигаться в Калькутту. Там посадим ее на корабль…

– Да! – перебила я Чарльза. – Дальше я направлюсь в Лиму! В Испанскую Америку! Пересеку континент и увижу загадочную Бразилию, о которой мне так много говорил мой спутник! – я поклонилась в сторону Диего.

– Я предупреждаю каждый раз мадмуазель Элен, – французский Оливейры был безупречен, – что такое путешествие сопряжено со множеством опасностей, более того – почти невозможно. Пересечь горы и всю Амазонию, населенную дикими племенами людоедов… Но она в… эээ… молодом задоре своем непреклонна.

Озвученное не слишком устраивало майора, сомнения все еще мучили его: уж слишком необычный отряд ему повстречался. Но то ли ему было недосуг разбираться пристально, то ли у него был приказ, что не следовало нарушать без должных причин, кавалерист отдал бумаги Чарльзу и кратко козырнул.

Я чувствовала на себе заинтересованные и даже сальные взгляды всадников, никак не ожидавших встретить в самом сердце Индии светлокожую девушку. Кто-то приветливо и шутливо отдавал честь, двое даже крикнули сомнительного свойства комплименты, но разум мой успокоился лишь тогда, когда последний из англичан скрылся за поворотом.