Самый большой алмаз

Уже начались случаи поноса, но поделать с этим ничего было нельзя: в этих негостеприимных местах лишнего дерева на дрова было не найти. Сипахи собирали, не чинясь, засохшие лепешки навоза, которым и топили редкие костры. Доброго топлива хватало только на котлы на колесах, в которых кашеварили на всю армию сразу. Хан и это подметил, приказав зарисовать конструкцию.

– Хочу я такую армию, – вздыхал он при мне.

Толмач Али был при нем уже постоянно, а Дост Мухаммед просил и меня быть рядом с ним для разговоров.

И иногда улыбался, ловя подозрительные взгляды Сержа, что порой приезжал повидаться, если не был в разъездах.

– Такая армия строится долго, – ответила я. – Больше ста лет назад царь Петр создавал ее, но даже он имел наследство от своего батюшки, который и начал это.

– За один год не построишь, – согласился хан. – Но я знаю, как воевать против нее.

Здесь мне стало интересно, и я попросила его озвучить свои мысли.

– Я не стал бы, как Мир Махмуд, выходить против нее на простор.

Моя страна богата местами, – Дост Мухаммед обвел рукой окружающие нас горы, – где малый отряд может разгромить большую колонну. Нужно больше ружей и много засад. Кидать вниз камни, не дать построиться. Ваши солдаты хороши, когда они стоят плечом к плечу.

В самом деле, легко было представить, что из-за утесов, которых здесь в избытке, вдруг начнут стрелять меткие воины. Одной сотни хватит, чтобы убить тысячу и отступить, а затем и повторить в другом месте.

– Это подлое, но правильное решение, – согласилась я.

– Но, даже не будучи человеком военным, могу предложить противодействие.

– Интересно, – сказал хан, выслушав перевод.

– Армия может двигаться не торопясь, устраивая по всему пути небольшие форты с магазинами… с припасами, – Али кивнул, поняв незнакомое слово. – Из этих фортов можно держать всю округу.

Дост Мухаммед подумал и все же возразил:

– Я смогу вырезать такие форты, ведь много сил там не разместишь.

– Можете, но если их будет много, то это будет трудная война, в которой Вы будете слабой стороной.

Хан снова погрузился в свои мысли, он явно искал ответ к этой задаче. Меня изумляло то, что он, в отличие, например, от бухарского эмира, не рассчитывал на чужие штыки, русскую экспедицию он принимал как средство для установления своей власти. Но держать ее Дост Мухаммед хотел своими силами, чтобы не зависеть ни от кого, не исполнять чужую волю.

Калат сопротивления не оказал.