Преданья старины глубокой

- Ага, я тебя, значит, выпущу, а ты меня тут же и сцапаешь, да? – наконец разродился он. – Нетушки! Я, может, и дурак, но не настолько!

- Я не ем человечину, - мрачно ответил волколак. – А ел бы – давно бы вживе не остался.

- Это как? – заинтересовался Иван. Всякие занятные истории он очень любил.

- А вот выпусти – тогда расскажу.

- Хи-и-итрый... Нечисти верить нельзя.

- Мне – можно.

- А чем докажешь?

- Да чем хочешь. Освободи меня, Иван, а я тебе еще пригожусь!

- Побожись, что не цапнешь!

- Вот те крест! – неловко перекрестился свободной лапой волк.

Иван сразу успокоился и, к великому удивлению оборотня, действительно подошел вплотную. Молодой богатырь совершенно невозмутимо наклонился, размотал ремень, уперся ногой в одну из дуг капкана и что есть мочи потянул на себя другую. Серебряные челюсти разочарованно клацнули, но все же отпустили мохнатую лапу.

Княжич попытался было прихватить драгоценную принаду с собой, но огорченно обнаружил, что сделать это невозможно – большая часть капкана вкопана в землю и весит ого-го сколько! Тут, пожалуй, разве что Святогор управится.

- Ой, да ты же некрещеный! – спохватился Иван, резко отпрыгивая назад и усиленно крестясь. – Чур меня, чур, нечистая сила! Никола Заступник, спаси, сохрани! Егорий Храбрый, оборони, защити!

- Да не трясись ты... – лениво ответил волколак, зализывая израненную лапу. – Ох, хорошо-то как... Теперь бы еще поесть чуток – три дня крохи во рту не было.

- Не подходи! – выхватил из-за пояса нож Иван. Длинный, обоюдоострый – с таким как раз хорошо обороняться от волка. – Врешь, нечисть, не возьмешь!

Оборотень вздохнул, а потом с трудом перекувыркнулся через голову, поднялся на задние лапы и начал превращаться. Кости явственно заскрипели, изменяя форму и становясь в новую позицию, шерсть ушла внутрь, открывая загорелую, выдубленную на ветру кожу, когти резко сократились до ногтей, лапы стали ступнями и ладонями, а волчья морда преобразилась в обычное человеческое лицо.

Все превращение заняло считаные мгновения – Иван не успел моргнуть даже двух раз, а вместо зверя уже стоит человек.

Бывший волк потянулся, расправляя затекшие суставы, усмехнулся, глядя на остолбеневшего княжича, и с сожалением коснулся левого запястья – оно по-прежнему осталось изуродованным зубьями капкана. Рука плохо гнулась и очень неловко двигалась.

- Не дрожи зря, Иван, - насмешливо улыбнулся оборотень. – Не сожру. Даже не укушу.