Тайная Служба Империи

Ты ждал удара ножом в спину, выстрела из-за угла или хитроумной магической ловушки и был готов своевременно защититься. Но уколоться о ядовитый шип ты никак не рассчитывал. Покойся с миром, Снежок-Эззре, и не держи зла на ветреную Олуэн – все там будем рано или поздно.

Затем девица достала из сумочки небольшие слесарные пассатижи и осторожно извлекла из замочной скважины смертельно опасный ключ. Ключ и пассатижи поместила обратно в сумочку, и после тщательного осмотра места преступления поспешила удалиться.

На утро следующего дня, какой-то случайный прохожий заметил распластанное на земле тело чернокожего мужчины и сообщил о своей находке стражам порядка.

Во время вскрытия выяснилось, что смерть Эззре Адулиса наступила в результате остановки сердца, вызванной обширным инфарктом миокарда. Уголовное дело даже заводить не стали, ибо полицейские не усмотрели в произошедшем криминального следа.

[1] Сделал тот, кому выгодно (лат.)

Глава 5 и 6

Глава 5

Утром на четвертые сутки после описанных выше событий в приморском городе Карзандо на станции дилижансов появился бравый молодой человек в офицерском мундире без знаков различия, но с приличным иконостасом боевых наград на широкой груди, а также именной шпагой на перевязи.

Наблюдательному человеку не составило бы труда прочитать струящуюся по извилистой гарде надпись: «Капитану пограничной стражи Кнуру Демфиксу за личное мужество и отвагу».

Кнуром Демфиксом был ни кто иной, как наш герой. Поначалу Кевин в чужом военном мундире, при незаслуженных орденах и не принадлежащем ему именном оружии ощущал себя не совсем в своей тарелке, может быть, потому, что у Фалька были свои собственные ордена, свое наградное оружие и, разумеется, свой мундир.

Однако постепенно пообвык к непривычному имиджу отставного вояки, даже перестал смущаться, чувствуя на себе уважительно-одобряющие взгляды прохожих.

За два дня маги и прочие специалисты Воровской Гильдии буквально совершили чудо. Они не только полностью поменяли внешность тайного агента, но кардинальным образом подкорректировали его астральные оболочки, так что если бы у кого-нибудь имелся в распоряжении портрет и слепок ауры того прежнего Фалька, он вряд ли признал бы британца в этом бравом военном.

Теперь лицо Кевина было обветренным и едва ли не до черноты загорелым. Его тонкий ястребиный нос стал похож на нос профессионального кулачного бойца, а левую щеку от уха до подбородка прочертил неровный белесоватый шрам – след «сабельного удара».