Тайная Служба Империи

Упряжь была стандартного образца: просторная остекленная небьющимся стеклом кабина и металлическая сетка для подвешивания мешков с грузом и все это крепилось к туловищу животного широкими кожаными ремнями и металлическими обручами. Единственное отличие заключалось в том, что посадочных кресел в кабине было не два, а целых шесть.

После того, как погонщик справился со своим весьма сложным хозяйством, он подозвал пассажира и велел подниматься в кабину по свешивающейся с бока дракона веревочной лестнице. Затем поднялся сам.

- Ну все, Филодор, - весело подмигнул карим глазом Скиннэр, - взлетаем. Вижу, путешествовать на драконах тебе еще не доводилось. Тут главное не бояться. Захочется блевануть – откроешь форточку и трави на здоровье. А сейчас, пристегнись к креслу и постарайся получить удовольствие от процесса.

Несомненно, суровый корсиканец был в душе поэтом – эко запел «удовольствие от процесса».

Кевин выполнил указание погонщика и застегнул ременную сбрую на своей груди. В следующий момент, подчиняясь приказу хозяина, дракон расправил крылья, разбежался на четырех толстых лапах и легко взмыл в синее безоблачное небо.

Поначалу британец испытал легкий испуг, но вскоре на смену страху пришло чувство неописуемой радости и восторга. В глубине души он даже немного пожалел, что стал разведчиком, а не погонщиком драконов. Впрочем, как сказал некогда велеречивый Цицерон: «Suum cuique»[1].

***

- Рад вас видеть, достопочтенный мэтр Браун.

Явление темной расплывчатой фигуры посреди рабочего кабинета стало, чуть ли не шоком для Йохана фон Брауна – полномочного посла Лангобардии в Лионе.

Однако германец быстро оправился и весь расплылся в счастливой улыбке, хоть ничего хорошего от визита магистра не ожидал. Более того, был готов к тому, что на его голову обрушатся громы и молнии. Сегодня утром, узнав о гибели одного из секретарей посольства Отто Хлодвига, он доложил о случившемся в Берлин. Реакция Центра не заставила себя ждать.

- Рад вас видеть, господин магистр – испуганно пролепетал посол.

При этом гордый потомок германских герцогов-воителей клял себя за малодушие, а заодно и своего короля Аутариса Второго, прозванного в народе Немощным, за то, что практически добровольно передал власть проклятым чернокнижникам. Однако за свою более чем тридцатилетнюю карьеру дипломата Йохан фон Браун научился держать эмоции в узде и довольно быстро взял себя в руки.

Тем временем размазанная тень приобрела четкие очертания и стала похожа на настоящего человека.