Тайная Служба Империи

Видишь ли, двадцать седьмого числа умер мой обожаемый супруг, к тому же по канонам классической нумерологии «четверка» - не самая удачная цифра, а в сочетании…

Велли было недосуг выслушивать пространные бредни старухи, поэтому он поспешил как можно быстрее перевести разговор в конструктивное русло:

- Может быть, вас устроит триста тридцать вторая?

Мадам Челлор ненадолго задумалась, но вскоре ее старушечье личико под темной вуалью шляпки озарила радостная улыбка, и она энергично закивала головой.

-  Триста тридцать два, молодой человек – это как раз то, что нужно. Сочетание двух троек…

- Если вы согласны, - управляющий вновь не позволил клиентке запудрить ему мозги всякой ерундой, - кладите свои сокровища вон в тот ящичек, закрывайте на ключик, а потом милости прошу в мой кабинет для оформления договора аренды сейфовой ячейки. Кстати, как вы желаете оформить договор: на ваше имя, или на предъявителя ключа?

- Конечно, на мое, и если можно на дочку… нет, пожалуй, на дочку не стоит – мой зятек непременно уломает дурочку, и плакали тогда мои брильянты вместе со шкатулкой…

Через четверть часа выжатый как лимон, но весьма довольный собой Велли Клинкс проводил клиентку к выходу из банка.

Он также не счел за труд поймать свободный экипаж и лично усадить в него пожилую даму.

Когда же младший компаньон вернулся в офис, он велел секретарше не беспокоить себя и заперся в кабинете. Оставшись наедине с самим собой, он извлек из бара непочатую бутылку крепчайшего бренди и впервые за всю свою многолетнюю практику на посту управляющего столь солидным финансовым учреждением позволил себе напиться на рабочем месте.

Всякий раз, опрокидывая очередной стаканчик, он с нескрываемой злобой повторял:

- Проклятая старуха! Чтоб ей пусто было!

Что же касается самой «проклятой старухи», конный экипаж доставил ее к Юго-Восточным воротам города. Там она отпустила извозчика и, преодолев пешком около мили, скрылась за садовой калиткой неприметного домика, практически спрятанного от глаз прохожих буйно разросшейся садовой зеленью…

Войдя в прохладное помещение, Кевин первым делом стянул с себя жмущие ногу туфли, шляпку, неудобное женское платье и жесткий набитый тряпьем корсет.

Хлебнул охлажденного лимонаду и лишь после этого расхохотался во всю мощь своих молодых здоровых легких. Роль престарелой мадам Челлор, вне всякого сомнения, ему удалась на славу.