Молоко лани

– Нравятся ли тебе мои владения, дочь Шертелуко?

– Да, здесь очень красиво.

– Что ж, это хорошо, это пойдет на пользу.

Я не поняла, что он имел ввиду, но спрашивать не стала.

Вблизи каменный дом оказался даже больше, чем я думала. Его каменные стены пестрили большими окнами, закрытыми непривычным мне полупрозрачным материалом, похожим на кристаллы горного хрусталя. Я сообразила, что это стекло – дивный материал, сосуды из которого изредка привозили в наши края торговцы. Они же рассказывали, что в далеких странах строят из стекла целые дома.

Крышу подпирали каменные колонны с резными верхушками. А двери, сами собой отрывшиеся при нашем приближении, были будто сплетены из золота и серебра.

Внутри нас встретили слуги – первые люди, которых я увидела в этом месте. Это были прекрасные девушки с непокрытыми головами и в тонких, почти прозрачных платьях, подчеркивающих их фигуры, будто они ходили по дому хозяина в исподнем. Я невольно смутилась при виде столь откроенных нарядов.

Разве подобало женщине появляться в таком виде перед мужчиной, не являющемся ее мужем, и тем более перед посетителями? Но я тут же одернула себя: я была здесь гостем, просителем, и не мне было судить порядки, установленные хозяином.

– Гошемида проводит тебя в твою комнату. А вечером мы устроим джэгу в твою честь.

Карлик показал на стоящую впереди девушку с толстой русой косой. Я удивилась, почему унаутка носит имя, подобающее княжне[1], но сейчас это было неважно. У меня было мало времени, и мне было совсем не до джэгу.

– Почтенный Уэзрэдж Ябгэ, я прошла долгий путь, чтобы найти ваши владения, и на этом пути мня вела моя нужда.

– Я знаю, – Уэзрэдж Ябгэ вперил в меня колючий взгляд маленьких глубоко посаженных глаз, – ты хочешь спасти своего отца Шертелуко от обуявшей его хвори.

Я кивнула, опустив глаза.

– Мне также ведомо, что это подождет до утра. А сегодня я, хозяин этого дома, устрою джэгу в честь тебя, моей дорогой гостьи.

– Но... – начала было я, но хозяин дома уже развернулся на пятках и, стуча жесткой подошвой ботинок по мраморному полу своего жилища, двинулся прочь.

Я бросила отчаянный взгляд на унауток, но они продолжали молча смотреть в пол. Гошемида рукой показала мне, куда идти, и мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ней. Второй раз те, к кому я приходила за помощью, заставляли меня ждать утра. Неужели у колдунов и джинов так принято? Я больно закусила губу и сжала кулаки.