Молоко лани

– Кто знает, какая волшебная сила существует так близко к Ошхамахо. Благодаря ей ты снова ешь – это главное.

Я смущенно потупилась, только сейчас поняв, как Джамидеж переживал обо мне все это время.

Мы перебрались через обвал, осторожно ища место, куда поставить ногу и опасаясь подвижных камней и прогнивших корней. Со стороны структура обвала казалась плотной, устоявшейся за многие годы. Но я знала – и Джамидеж предостерег меня, – что такие груды камней коварны. Пусть даже они уже местами и покрыты землей, из которой растут деревья, камни могут лежать неплотно и любой неловкий шаг может в лучшем случае обернуться неприятным падением с качающегося камня, а в худшем – движением всей груды.

Мы были аккуратны и обошлось без происшествий. Мы продолжили путь дальше по лесу. С обеих сторон нас окружали горы, снежные шапки которых были уже совсем близко. Здесь росли уже почти исключительно сосны с высокими голыми стволами. Земля под ними пестрела камнями самых разных форм и размеров.

Между ними пестрели пятна травы и мелких цветочков. Идти было сложно – приходилось все время искать ровное место среди камней и выходящих на поверхность корней сосен. Несколько раз нам пришлось переходить мелкие ручьи и реки, обжигающие голые ноги холодом ледников, давших им начало.

Тяжелая дорога измотала меня, и, когда солнце едва достигло зенита, мы остановились на небольшом открытом пространстве ближе к реке. Здесь между камнями росла высокая трава, даже сейчас достигающая уже почти моего пояса.

Кое-где среди ее колосьев торчали маленькие изумрудные головки сосен. Возможно, не так давно мощный сель, вызванный обильными весенними дождями, смыл лес в этой части долины, или же река по весне выходила из берегов так сильно, что деревья просто не могли укорениться здесь надолго.

Я выбрала место у самой опушки леса, откуда открывался отличный обзор на все окрестности. Я надеялась, что так меня никто не сможет застать врасплох. Джамидеж ушел на заросшую травой пойму, а я развела костер и занялась приготовлением еды.

Вдруг до моего слуха донесся хруст веток. Он был едва слышен на фоне шума бурной горной реки, несущейся меньше чем в одном выстреле от меня, и все же почему-то этот звук привлек мое внимание. Я подняла голову от костра, огляделась и замерла, ощущая, как холодеют руки и ноги, а дыхание перехватывает от накатившего ужаса. Всего в паре десятков шагов от меня стоял большой упитанный медведь.