Молоко лани

То были черные джины.

Мы все спустились в аул. Здесь было безлюдно, но на удивление спокойно. Радостно переговариваясь, джины поспешили в свои дома, которые будто только и ждали их возвращения. Талостан пригласил нас к себе. В его большом трехэтажном доме с высокой покатой крышей из чистого золота было свежо и чисто. Не было следов ни пыли, ни затхлости, ни разложения, которые бывают в давно покинутых домах.

– Располагайтесь, дорогие гости, – пши джинов пригласил нас в многокомнатную кунацкую. – Сегодня мы отдохнем, а завтра будем праздновать.

Я замерла. Разве могли мы настолько задержаться у Талостана, когда каждый миг рисковал оборвать жизнь отца!

– Простите мою дерзость, досточтимый пши, – начала я, сгорая от стыда за свои собственные слова, – но мы не можем задержаться у вас так долго. Мой отец на краю гибели, и я должна вернуться домой прежде, чем его глаза откроются в последний раз.

Талостан внимательно посмотрел на меня.

– Ты говоришь, как хорошая дочь, Сурет. И все же я не могу отпустить вас, не воздав вам хвалу и не восславив вас в песне. Мы будем пировать три дня, а после мои люди проводят вас домой. С их помощью вы вернетесь в свои земли раньше, чем солнце пройдет свой путь с востока на запад.

Я удивилась словам пши. Разве могли мы добраться из этого края, где до снежной вершины Ошхамахо, казалось, можно достать рукой, до земель отца у самой границы равнины так быстро? Но я не смела усомниться в словах Талостана и лишь благодарно склонила голову.

– Это честь для нас быть вашими гостями.

– Это честь для меня принимать вас.

На этом мы и разошлись. Я вошла в приготовленную для меня комнату и с удивлением обнаружила там наполненный кумган для умывания и свежие фрукты, а в соседней комнате – исходящий паром чан для мытья. Я не видела здесь слуг, до нашего прихода аул казался совершенно безжизненным, и все же кто-то приготовил комнату и даже ванную.

Опуститься в теплую воду было настоящим блаженством. Все мое тело сжалось и окаменело от пережитого страха, но теплая вода расслабила напряженные мышцы и изгнало остатки ужаса из моего разума. Я наконец была в безопасности. Мы все были в безопасности. Кошмар, которым стало заточение на Седьмом дне земли, закончился, ночь прошла, и солнце вновь ярко светило над нашими головами.

Я вспомнила об отце.