Молоко лани

Канболет обошел водоем с другой стороны и, зачерпнув руками воду, сделал глоток:

– И правда, как из источника! – восхитился он. – Это что же, и помыться можно будет?

Поймав мой взгляд, он хитро улыбнулся:

– А то не у всех же у нас была возможность искупаться во дворце колдуна.

– Я заметила, – многозначительно ответила я, вынимая руку с гребнем из озерца и пряча его в мешочек на поясе. – Я тогда вас оставлю.

Я понялась и, потрепав по крупу коня Нурби, стоящего ближе ко мне, направилась назад в лагерь. Мне показалось, что названый брат хотел что-то мне сказать, и я задержалась перед ним па несколько мгновений, но Нурби промолчал, и я оставила их с Канболетом у озера.

Помыться им обои правда не помешало бы.

Когда они вернулись, взбодрившиеся и освеженные, мы решили поесть. Костер разводить было по-прежнему не из чего, но в перекидных сумках мужчин нашлось вяленое мясо, шхуз и лепешки – вполне достаточно для сытного ужина.

Мы расположились кругом, чтобы видеть друг друга, и принялись за еду.

Разговор не шел, каждый думал о своем, и мы неловко отводили глаза, жуя холодную еду.

Я краем глаза разглядывала Канболета. У меня первый раз была возможность это сделать, и я не могла не признать, что друг Нурби очень хорош собой. Потрепанная, но хорошо скроенная черкеска подчеркивала его широкие плечи и плоскую грудь, простой пояс с красивым кинжалом стягивал тонкую талию. Под такой талией наверняка смог бы пролезть кот[1]. Гладко выбритую голову украшала прядь на удивление светлых волос.

Глубоко посаженные голубые глаза светились умом и с интересом разглядывали меня в ответ.

Я смутилась, поймав взгляд Канболета, и опустила глаза вниз, на свою одежду. И тут же почувствовала, как щеки горячеют от румянца. Как же ужасно я, должно быть, выглядела! Одежда вся грязная, в земле, слизи и еще одним богам ведомо чем, да еще и рваная к тому же. Мне тоже стоило освежиться в озере или хотя бы переодеться. Волосы даже до плеч не достают и свалялись из-за влажности. Худая, с загорелым обветренным лицом.

Будто не гуащэ, а дочь беднейшего пшитля[2]! И такой я предстала перед сыном пши. А ведь он легко мог бы свататься ко мне. Такой симпатичный молодой мужчина. Но теперь, конечно, я его точно не заинтересую. Замарашка. И не очень умная к тому же – сама полезла в логово бляго[3].

– Что ты знаешь об Уэзрэдже Ябгэ? – прервал молчание Нурби, уже закончивший с едой. Брат был как всегда серьезен.

– Немного, – честно призналась я.