Молоко лани

Вдруг даже сквозь зажмуренные веки я увидела ярую вспышку. Я попыталась открыть глаза, но меня, привыкшую к полумраку, ослепил яркий теплый свет, заливающий полянку.

Когда я наконец смогла открыть глаза, то едва сдержала удивленный возглас. Посреди полянки стояла белая лань. Ее шкура светилась в полумраке Седьмого дна земли подобно солнцу. У меня не было никаких сомнений, что это была та самая лань, которая поделилась со мной своим вовсе не чудодейственным молоком.

Я глупо смотрела на лань, хлопая глазами. Как она оказалась здесь в этом проклятом месте? И где же ее детеныш? Он так юн и слаб, он не выживет без матери…

Лань подошла ко мне ближе, и ее силуэт вдруг начал меняться.

Животное встало за задние лапы, вытянулось, выпрямилось, все так же ярко сияя. И вот уже передо мной стояла женщина с длинными косами цвета спелой пшеницы и большими добрыми глазами. Ее лицо и руки источали теплый свет. Я видела ее раньше. Видела во сне, как она приходила к моему отцу, склонялась над его постелью. Как она с сочувствием и болью смотрела на его исхудавшее от болезни бледное лицо. Уже тогда я догадывалась, кто это, но лишь сейчас, увидев ее волшебное преображение, наверняка поняла. Лань провела меня. Скрыла свою истинную божественную сущность.

– Мэзгуащэ, – прошептала я, не в силах оторвать взгляд от прекрасной женщины передо мной.

Богиня молчала, и я, вспомнив о приличиях, вскочила на ноги и склонила голову.

– Так-то лучше, – молвила богиня, и ее голос звучал как шелест листьев на легком весеннем ветру.

– В прошлый раз ты меня не узнала.

– Да, Мэзгуащэ.

– И вела себя не очень-то уважительно.

– Да, Мэзгуащэ.

Богиня прохаживалась взад-вперед по полянке. Я не смела поднять глаза и видела только ее ноги в золотых чувяках. Мне оставалось лишь гадать, что выражает лицо богини.

– Ты вылила молоко, которым я тебя одарила, в ручей.

– Да, Мэзгуащэ.

– И решила обратиться к темным силам...

– Да, – от стыда в меня задолжали колени. А может быть, от страха за свою судьбу.

– И ты отвернулась от всех, кто пытался тебе помочь.

– Да...

– И вот, ты здесь.

– Да, – ответила я одними губами. Тяжесть моих поступков давила мне на плечи, и я знала, что еще немного, и я упаду на колени перед Мэзгуащэ, схвачу ее за подол и буду ползать перед ней, умоляя о прощении и помощи, совершено забыв о гордости и чести.

– Что ж, Сурет, дочь Шертелуко, – белый светящиеся руки легли мне на плечи, и я почувствовала, как по телу разливается тепло.