Буди ми друг

  Любава подозрительно на него поглядела:

 – А где же твоя веревка, бортник?

 – А потерял, как от Кащея убегал, – глаза синие моргали честно-честно, – Всё добро моё побросал, и короб, и веревку.

 – Что ж ты искал тут мёду, в чужом владении? Аль и не страшно? Сладенького до смерти захотелось?

   Любава затряслась от хохота, хлопая себя по колену. Древолазец молча моргал, ожидая, покуда перестанет. Княжна перестала резко, даже в голосе переменилась:

 – А где ты видел Кащея?

 – А как умываться пошел, там и увидал.

 – Он там у озера, что ли? 

   Парень почесал бледный, в волосинах подбородок:

 – Уже нет.

   Любава отвесила ему подзатыльник:

 – Чего темнишь? Сказывай где Кащей!

   И вот глядит она на бортника, а у него волосы от ея удара малость набекрень съехали. Чужие, значит, кудри-то. Так пращуры врагам кожу с головы вместе с власами срезали да к седлу приторочивали.

  Любава шаг назад отступила:

 – Что-то ты больно мне не ндравишься, добрый молодец.

 – А я жратве и не должен нравитси, – отвечал тот.

Глава 3

 – Ты сыми шапку-то свою кудрявую, – Любава молвила, – С княжной полянской говоришь. А не то голову снять придется.

   Стащил парень волосы чужие да со черепа, показал червей ползающих, улыбнулся устами ласково.

 – Всяко видела я, – сказала Любавушка, – И не знаю, что тебе посоветовать.

   И полезла в котомку. Вынула оттуда договор стародавний, вековечный. Печать не ломала. Спрашивает:

 – Узнаешь?

 – Зрю свиток гумажный, а что в нем не ведаю, – отвечал Кащей, набурмосившись. Набурмосившись да подбоченившись.

 – Да ты не хмурь брови-то, – Любавушка договор ему чуть в нос не тыкнула, – Пришла я дать тебе вызволение, но за то сделай мне одолжение.

 – Об деле – поговорим в палатах.

   Провожал Кащей Любаву в палаты каменны, среди дубравы стоящие, в замок, свой рвом помойным окруженный. Заводил красну девицу в светлую горницу, усаживал за широк стол, потчевал питьем из кубка резного – отваром волчьих ягодок. 

 – Спасибо, откажусь, – отодвинула княжна кубок, – Я по делу к тебе первой важности. Только нацепи обратно волосы, а то глядеть тошно.