Трон Знания. Книга 2

На овальном бугорке среди травы рос цветок: лепестки белые, сердцевина ярко-красная.

— Как ты догадался? — удивилась Разана.

— Такие цветы росли у дядьки Тима. Я воровал их и приносил маме. Она ругалась, а я снова приносил.

Разана покачала головой:

— Перед смертью Ални просила каждый год ей на могилку цветочек садить.

Мебо встал на колени. Качнулся взад-вперёд и вдруг рухнул на холм и обхватил его руками:

— Мама, твой касатик вернулся.

Адэр вышел на дорогу. Шумел лес. В вышине жалобно кричала птица.

— Её жалко, а его ещё жальче, — прозвучал голос Разаны. — Он ведь ни в чём не виноват. А жизнь ишь как повернулась.

Адэр посмотрел вокруг и не поверил глазам. Вдалеке паслись кони.

— Ваши?

— Нашего посёлка, — ответила Разана.

— Это не рабочие лошади.

— Рабочие лошади пасутся отдельно.

— Я могу покататься?

— Можете, но они не осёдланы.

— Неважно.

Адэр вложил щенка Разане в руки и побежал через луг.

Ветер хлестал лицо, волосы путались, как и мысли.

Адэр легко спрыгнул на землю и прижался лбом к лошадиной шее.

Из травы поднялся рослый пожилой человек в косоворотке и соломенной шляпе с широкими полями:

— Всегда говорил, что хорошему ездоку седло — помеха.

— А резвому коню — удила, — сказал Адэр и хлопнул ладонью жеребца по крупу.

— Тиваз, старейшина Зелейнограда, — представился незнакомец.

— Яр.

— Каким ветром к нам: попутным али заблудшим?

— Удачным, — ответил Адэр и пошёл через луг.

Засунув руки в карманы просторных штанов, Тиваз шагал рядом. Поля шляпы скрывали лицо, лишь колыхалась травинка, зажатая между зубами.

— Ты не шибко разговорчивый, — произнёс старейшина.

— Валиан тебе всё рассказал — зачем повторяться?

— И дюже догадливый.

— Как будете привечать.

— Гостям-то мы рады. — Тиваз выплюнул травинку и сдвинул шляпу на затылок. — Да гости до нас не шибко охочи.

— Чего ж так?

Старейшина поддел босой ногой пышные головки одуванчиков. Белые пушинки, подхваченные ветром, взмыли к небу.

— Ужель не знаешь? Отделили наши земли от Грасс-Дэмора, что натянули колючую проволоку.

— От Порубежья.

— Порубежье у тех, кто развалил страну, а у нас Грасс-Дэмор.