Трон Знания. Книга 2

— Всё серьёзно, как у вас с Маликой?

— Между нами ничего не было.

Адэр поставил бокал. Заложив руки за голову, качнулся на задних ножках стула:

— Значит, четыре дня в Ларжетае прошли впустую.

— Малика не та, за кого ты её принимаешь.

— Ты надел на неё корону и теперь не знаешь, как её снять. Уложи Малику на спину и увидишь, как испарится её неприступность. Поверь, Вилар, они все одинаковые.

— Мы с тобой будем редко видеться, Адэр. Разве что на заседаниях Совета. Аудиенции правителя удосуживаются старший советник и советник по вопросам госбезопасности.

С остальными ты можешь встречаться только в присутствии секретаря.

— Ты это называешь аудиенцией? — Адэр указал на стол, заставленный тарелками и бутылками. — Я буду видеться с тобой, когда сочту нужным.

— Не раскалывай Совет, — проговорил Вилар и удалился.

***

Узкий, слабо освещённый коридор, берущий начало под парадной лестницей, привёл к двери с кованой ручкой, похожей на полумесяц. Перешагнув порог, Адэр вдохнул запах бумажной пыли и провёл рукой по шероховатой стене в поисках выключателя.

— Слева, — прозвучал за спиной голос охранителя.

Раздался щелчок. Тусклый свет выхватил из темноты помещение, которое могло быть небольшим учебным классом, если бы не каменный пол, голые стены и низкий потолок. Столы в два ряда, стопки пожелтевших от времени листов, настольные лампы под запылёнными абажурами. Вероятно, комната когда-то служила читальным залом.

Проём в противоположной стене был завешен грубой тканью.

Охранитель приподнял полог, и Адэр ступил в огромный архив, сплошь заставленный шкафами и стеллажами. В свете белых ламп на потёртых корешках книг поблёскивали остатки позолоты, серели самодельные обложки из картона. Кое-где на полках лежали свитки, обмотанные шнурами.

Из-за стола, втиснутого между шкафами, поднялся человек. Сильно сутулясь и подволакивая левую ногу, пошёл навстречу Адэру. Дымчатый балахон доставал до пола, морщинистые руки прижимали к груди седую бороду, волосы спадали на угловатые плечи, очки с большими стёклами сильно увеличивали водянистые глаза.

Старик поклонился:

— Мой правитель.

— Ты и есть летописец?

— Кебади, внук Шаана, к вашим услугам.

— Внук?

— Да, мой правитель. Внук.

— Что же такого совершил твой отец, если ты пропустил его имя?

— На моём отце династия летописцев сделала передышку, — произнёс Кебади, буравя Адэра пытливым взглядом.