Шаг в сторону

Трудно поверить, что в человеческом теле может быть столько крови. Вслед за выплеском мелькнула голова. Сама по себе, отделенная от тела.Разлетались над кустами страшно изломанные тела, разрубленные словно бы гигантским топором, страшно кричали погибающие. И гулко стонала земля, как под ногами великана.- Демоны… нечистая сила!.. - пробежал ужас по наспех собранному строю.- Кто сделает шаг назад, убью сам! – рявкнул капитан и нашел взглядом Мортенса. Пикинер судорожно сжимал пику одной рукой, а другой непрерывно крестился, шепча молитвы.

Впрочем, тех, кто не взывал к небесам, можно было посчитать по пальцам.- Хуго! – дернул Густлов его за рукав. – Что это там?!- Косарь… - прошептал студент, все сильнее охватывая пику.- Что за «косарь»? И что говорят твои книги про него?! – заорал капитан на вусмерть перепуганного солдата. – Вспоминай, сволочь! Ты же должен был про это знать!- Это смерть, капитан, – Хуго посмотрел на него остекленевшими глазами. – Нам всем смерть! Лучше бежать!- Я тебе побегу! – Густлов затряс пикинера как цепной пес незадачливого воришку. – Не может быть такого, что нет спасения.- Его нет, капитан...Кто-то в строю, услышав произнесенное, и сопоставив его с увиденным, начал пятиться, норовя бросить оружие.- Стоять, уроды! – взлетел над рассыпающимся каре громовой рык Густлова, сопровождаемый выстрелом в спину наиболее ретивому беглецу. – Вы что, хотите жить вечно?! По местам стоять! Бегущих порубят!Привычка и дисциплина оказалась сильнее страха. Кроме того, в словах капитана был резон, который перебил даже страх перед неведомым – пока строй крепок, можно спастись, отбиться даже от превосходящего числом врага. Даже от кавалерии, если повезет. Но если разбежаться врассыпную, никто не поможет. Те же паписты придут в себя, догонят и порубают.На небо набежали тучи, неприятные, низкие и серые. В сумеречном свете бледные лица наемников походили на лики мертвецов.Из кустарника вырвался солдат, с перекошенным лицом, пальнул наугад за спину и занес, было, ногу для следующего шага. В этот миг, будто черная полоса прошла наискось сквозь тело, от плеча до поясницы. Разделенный пополам мертвец свалился на землю, его милосердно укрыла листва и ветви, так же скошенные прозрачным лезвием.В сторону невидимого, но явственно приближающегося великана развернулись три ряда стрелков. Мушкетеры поднялись по склону низенького холма, чтобы стрелять не в спины своим, а по новому врагу. На убегающих австрийцев уже и внимания никто не обращал. Не до них.