Хроники особого отдела

Потому что она знала, сколько было своих...

«Стеснительный Илюша богатырь», — вдруг подумала она и засмеялась. Шедшие рядом отшатнулись, и летящий следом туман мягко мазнул её по щеке мохнатой лапой...

— Вон проход, — чётко произнесла Ксения. — Нам сюда.

Глава 11

Бернагард очень хорошо помнил, как однажды, вернувшись домой после лекции, проведённой им в практически пустой аудитории, получил повестку:

«Явиться на призывной пункт».

Жена молча собирала вещи. За день до его отъезда они впервые кричали друг на друга.

Первое и, пожалуй, единственное неизменное впечатление от Восточного фронта – это непрекращающийся кошмар слившихся в один поток дней и ночей. Русские не знали жалости в бою. Похожие на зверей, они, по его мнению, были страшными злобными существами, не видевшими в своей жизни ничего вкуснее корки хлеб. Они рвали и кусали его солдат, которые, по сути, несли в эту чёрную от грязи и копоти землю свет просвещённой Европы.

В непосредственной близости он столкнулся с этими животными где-то под Смоленском.

Когда Бернагард вошёл в барак, то, едва не задохнувшись от вони, немедленно приказал вывести скот на воздух. Его едва не стошнило. На военнопленных, выставленных на обозрение, шевелилась одежда от живущих в ней насекомых. Серые от грязи люди практически не могли шевелиться. Он вынужден был их накормить, издалека брезгливо рассматривая, как хватали и запихивали себе в рот куски хлеба бывшие солдаты Советской армии.

Но суровый климат, отсутствие нормального питания и живущее в полной нищете местное население сделали невозможным нормальное существование армии Вермахта на Восточном фронте. Как сказал его снабженец: «У русских нечего взять». И очень скоро, уже к началу декабря, немецкие образцовые солдаты превратились в отребье, с такими же, как у противника, шевелящимися в одежде насекомыми. Запаршивел и лейтенант.

От смерти его спас тиф. Именно благодаря ему Кесслер был вывезен из Смоленского котла и, лёжа в госпитале, в отчаянии все-таки написал письмо родственнику. Далее была двухмесячная проверка и назначение на тихую должность библиотекаря в самое необыкновенное место в мире.

Теперь он готов был жить в этих бункерах, расставшись с дневным светом и пользуясь тем малым, чего требует себе организм для своего поддержания в относительно здоровой форме.