Хроники особого отдела

Появившаяся буквально через две минуты охрана не нашла никого. Да и не могла найти. К этому времени все показы разрешённых к просмотру раритетов были завершены. Предпринятые поиски не выявили исчезнувших «гостей».

К счастью, ничего не пропало.

Через три часа, лично запирая двери, уставший, голодный и измученный безуспешными поисками Роберт Лейбер услышал ещё один шорох, на этот раз исходящий с потолка. Иезуит поднял голову и увидел висящую над ним прозрачную фигуру Хранителя. Старик смеялся...

В Ватикане знали все – строгий Хранитель смеётся только к мору, войне и смерти.

***

4-5 января 477 года. Вечер и ночь. Рим.

Старый, видевший на своём веку много чего странного, Иосиф всегда твёрдо придерживался рожденного ещё Сенекой правила: «Vivere est militare» (2).

Увидев Петрония утром во дворце, он сразу как-то успокоился и осознал, что если им и предстоит умереть, то они погибнут не с глупо вспоротыми животами, как безмолвные «агнцы на заклании», а как защитники Императора, иначе говоря, Хранители устоев страны, порядка и закона.

Посмотрев на занимающее половину неба зарево гигантского пожара, он убедился, что во дворце хозяйничали в данный момент не личные враги Ромула, не враги рода, затеявшие кровную месть, а разрушители Великой Римской республики. Сердце больно ужалило старика в грудь, и Иосиф, вместо рассудительного иудея, превратился в упрямого кане корсо, свирепого мастифа, признающего только ланиста (3) – своего опекуна и одновременно опекаемого им хозяина.

– Не разводи огня! – резко одернул он Петрония, старательно собиравшего в кучу валявшийся вокруг древесный мусор.

Последний удивлённо поднял бровь и, с усмешкой, спросил:

– Это угроза?

Старик посмотрел на статного черноволосого спутника, потом на сжавшегося и задремавшего в углу склепа под плащом мальчишку и продолжил:

– Если нас найдут, (а нас интенсивно ищут), то, вряд ли, отпустят живыми. Для ведения разговоров не посылают хорошо обученных воинов. Если судить по тому, как ярко горит дворец, то люди, находящиеся там, явно пришли не для предупреждений.

Лицо Петрония осталось таким же безмятежным, но среди склепов и могил голос зазвучал выше и суше.

– Ты много знаешь, старик. Ты давно понял, что этой эпохе конец. Мальчик – последний. Он должен стать проводником.

– Tempora mutantur et nos mutamur in illis. (4). Я догадываюсь, кто ты. Разве так необходим status quo (5)?

– Поддержание исходного состояния необходимо только твоему Яхве или старику Аиду.