Дороже клятвы

– Лорд Родерик души в вас не чает! И в господине Генри тоже! Просто отъезд господина Джеймса сильно расстроил его, ведь лорд Родерик так любит младшего сына, хоть господин Джеймс и огорчает его частенько.

– Джеймс – единственный, кто не боится нашего отца. Он всегда делал, что хотел. В этом он больше всех похож на него. Может, поэтому, отец любит его больше всех?

Мэгги почти не притронулась к еде. Не смея сидеть со мной за одним столом, она примостилась на низкий пуф, поместив миску с мясом и овощами у себя на коленях.

– Он любит вас, госпожа, больше всех! – с жаром возразила она. – Жаль, вы этого не видите!

Все то время, что я жила в замке после возвращения из монастыря, я только и слышала о любви отца ко мне. Граф Десмонд действительно ничего не жалел для единственной дочери, которая по разговорам была живым портретом своей покойной матери.

– Лорд Родерик нашел вам выгодную партию, вы станете герцогиней! – продолжала говорить Мэгги. – Не графиней, не, упаси Боже, баронессой, а герцогиней! Только вдумайтесь в это!

Я вздохнула, в монастыре меня учили почитать отца, и ни в коем случае не становиться причиной его разочарования.

Я плохо помнила свое детство, кажется, отец вечно отсутствовал в замке, оставив нас с Джеймсом на попечение воспитателей, и лишь верная Мэгги была всегда рядом. Возвращаясь из походов, лорд Родерик едва ли замечал младших детей.

– Чудесный получился праздник, госпожа, – слова служанки вырвали меня из воспоминаний.

– Да, Мэгги, – согласилась я, – чудесный.

– Господин пригласил музыкантов, циркачей, люди давно так не веселились! – восторженно продолжила она.

– Да, людям нужен был праздник.

– Ах, госпожа, вы были на нем самым ценным украшением!

– Не говори так, – ее слова смутили меня, – это нескромно.

– Зато, правда! Простите, госпожа, если мои слова взволновали вас, – поспешила извиниться служанка.

Неспешно за разговорами мы покончили с ужином. Я потянулась к остывшей чашке с травяным настоем. Такой чай меня научила заваривать сестра Мередит, его хорошо принимать на ночь, он расслабит и подарит крепкий сон до самого утра.

Покончив с трапезой, Мэгги принялась собирать миски и складывать их на поднос, а потом помогла мне расшнуровать и снять платье. Я надевала шелковую сорочку, когда громкий грохот, раздавшийся внизу, заставил нас подскочить и броситься к двери.

Глава 4

Мы настороженно прислушались к доносящимся звукам с первого этажа, и я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.