Сказки Бернамского леса

Сид погладил животное по крепкой шее, пропустил серебристую гриву сквозь пальцы и довольный произнес:

— Если хорошо сослужишь мне, я подарю тебе золотую уздечку и озеро на окраине этого леса. У него уже давно нет хранителя.

Конь благодарно заржал, а Мидир достал из рукава платок и кинул его на круп лошади. Тот час же вместо платка возникла прекрасная упряжь. Сид вскочил в седло и помчался туда, откуда доносился охотничий рог. Бард, увлеченный запахом смерти, бросился догонять всадника. Но путь их не был длинным.

Стоило пролететь сизый туман, как они очутились на неказистой поляне. Тонкий нюх Эхтирна учуял запах крови, и раньше, чем человеческий ум успел осознать, что к чему, пес вздыбил шерсть и оголил клыки.

Перед ними развернулась просто ужасная картина. Кабан-подранок, несся на короля Ирина. Громыхнул выстрел, еще один, но пули отскочили от крепкого лба, лишь разозлив животное. Бард понял – еще мгновенье, и бивни вспорют венценосному охотнику живот. Тут в руках Мидира блеснул меч, и сид на полном скаку отрубил вепрю голову.

Он развернул коня, подъехал к горе-охотнику и нарочито громко произнес:

— Я вынужден просить у вас прощения, сир.

Ошарашенный король медленно перевел взгляд с окровавленной туши на всадника. Узловатые руки Эохайда дрожали.

— Это была ваша охота, а я дерзнул покуситься на нее.

— Этэйн…она предрекла мне гибель. Демоны раздери! Зачем я последовал совету спаконы и взял в жены ведьму!?

Мидир спешился и помог Эохайду сесть на поваленное дерево.

— У меня в седельной сумке фляга с потином[5], принеси ее – бросил сид Эхтирну, и бард сначала кинулся исполнять повеление и только потом осознал, что вместо хвоста и лап у него вновь человеческие конечности. Откупорил флягу, глотнул сам обжигающий самогон и только потом передал его спасенному правителю.

Пока король Ирина приходил в себя, подоспели слуги. Поляна загудела, как растревоженный улей.

Челядь, уязвленная тем, что не успела прийти своему сюзерену на помощь попыталась разузнать, что делал неизвестный господин один в лесу.

Да заодно и напомнить, что охота в королевском заповеднике запрещена под страхом смертной казни. Но у Мидира отсутствовало ружье, а король не был настроен на вопросы, и они отступили.

— Живо принесите в мой шатер виски и закусок. Да зажарьте нам этого треклятого кабана! Пусть все знают я не боюсь ни его, ни Мерсийскую ведьму! – Кричал захмелевший король, – не желаю верить в бабьи сказки.