Сабуро́. Книга 2. Самурай без меча

Сёгунат запрещал азартные карточные игры, тем не менее, региональные даймё нередко брали этот криминальный бизнес под своё покровительство, в результате чего бакуто существовали на протяжении всей эпохи Эдо и всё более крепли, начав с конца XVII века объединяться в ба́куто-и́кки, незаконные, но богатые и влиятельные ассоциации владельцев игорных заведений.

[15] Когда в VIII веке правители Японии объявили буддизм официальной верой, синтоистские святилища были объединены с буддийскими храмами. В дальнейшем божества Синто стали объявлять проявлениями в иной форме будд и бодхисатв.

В частности, богиню Солнца Аматэра́су долгое время пытались позиционировать как одно из проявлений бодхисатвы Канно́н.

[16] Фудара́ку (с санскр. Потала́ка, «Сияющая») — японское название одной из буддийских Чистых Земель, легендарного места пребывания бодхисатвы Каннон.

[17] Речь идёт о «фудара́ку-тока́и» (яп. «странствие к Фудараку»), древней и редкой практике религиозного самопожертвования. «Достигший просветления» человек добровольно уединялся в лодке, которую торжественно сопровождали в открытый океан и там отпускали на волю стихии.

Он вёз с собой письменные молитвы других людей, обращённые к Каннон: таким образом верующие надеялись на посмертное возрождение в её Чистой Земле. Храм Фудара́куса́ндзи в Кума́но (префектура Вакая́ма) был известным местом проведения подобных мероприятий.

[18] Парафраз стихотворения Басё («Прозрачный водопад… Упала в светлую волну сосновая игла». — перевод В. Марковой)

Глава 17.

Бывших самураев не бывает

4-й день 3-й луны 2-го года Эры Процветающей Вечности. Восточный склон Драконьей горы.

…Быстро сунув чётки в рукав, я огляделся. Близнецы ничего не заметили: они снова спорили — на сей раз о стихах. Укон разглагольствовал о том, как правильно писать хокку: ему явно не нравилось творение брата. Тот ерепенился, приводил примеры и всё твердил о богатом воображении. Смотреть на них со стороны было смешно и даже трогательно: сидят два бугая, на лицах ни капли учености, и читают друг дружке возвышенные строки.

Вот только обманываться на их счёт было опасно. Эти двое по-прежнему оставались лихими людьми. Сколько волка ни корми… «Богиня» богиней, а добыча добычей. Судя по речам Сакона, в его голове одно другому не мешает. Хотя на короб, выглянувший из мешка, он смотрел равнодушно, а о мече даже не заикался, как говорится, бережёного боги берегут… Найденные чётки живо напомнили о главном. Я закинул мешок за спину и пошёл прочь.