Старшая дочь

- Фред! Ты ли это? – он заключил гостя в такие крепкие объятья, что у того захрустели кости, - В такого детину вымахал, я сперва и не узнал! Ты не обижайся, я ведь тебя последний раз совсем еще мальчишкой видел.

- Ты получил мое письмо? – смеясь, спросил Фред.

- Получил, но раньше середины февраля в гости не ждал. Мой дом еще не достроен.

- Ничего страшного, мы и не думали тебя стеснять, в гостинице переночуем.

- Как вижу, ты не один приехал, - прищуренный взгляд скользнул по Карлу.

- Да, знакомьтесь: Йозеф Фальк – Карл Шварц, мой лучший друг.

- Вот как, - и понизив голос, - А о деле этот лучший друг знает?

- Знает.

- И поддерживает?

- Не знаю, насколько поддерживает, но доверять ему можешь как мне.

- Ну что ж, друг Фреда – мой друг, - Фальк улыбнулся и протянул Карлу широкую ладонь, - Будьте любезны, проходите.

Фальк провел их в просторную комнату и усадил за стол, а сам скрылся на кухне.

Карл огляделся. Странный это был дом: не то изба, не то усадьба. В узких сенях стояла всякая рабочая снедь: топор, кирзовые сапоги, тулуп, рыболовная сеть висела на гвозде. Гостиная была уже иная – широкая, с высоким потолком и мягкими стульями, при этом в углу за занавеской стояла квадратная деревенская печка, служившая для хозяина постелью. Дом был новый, уютный и еще пах свежей древесиной.

Фальк вернулся, довольно потирая руки, и сел за стол рядом с гостями.

- Сейчас моя женушка самовар поставит, и будем чай пить, - сказал он нарочито просто, будто пытаясь соответствовать образу бедного работяги.

- Вот и хорошо, а мы пока о деле поговорим, - Фред вынул из рюкзака стопки прокламаций и положил на край стола, - Вот здесь воззвания к блекфордским рабочим, там – к матросам, в каждой по 470 экземпляров. Знаю, что мало, но больше было не провезти. Наши хотят тебе еще типографию переправить, правда, не знают как.

- Насчет типографии вели не беспокоиться – это добро и здесь найдется, а вот за листовки спасибо.

- А вот там, в отдельном конверте, некоторые мои зарисовки, - Гриндор заволновался и смутился совсем по-мальчишески, - Может быть поглядишь и скажешь, стоит или нет мне это Рейгелю показывать?

- Ба! Да ты писать стал?

- Да не то, чтобы писать… - Фред поправил волосы, - Так, некоторые мои философские размышления.