Граничный Орден. Стрела или Молот

– Что думаешь, Карницкий? – спросил Аверий.

– Полагаю, тут не о чем тревожиться. Мало кто прочтет эту заметку, и еще меньше поймет, к чему ведет автор.

– А если о том будут писать в каждых «Ведомостях»? Если разошлют листки по всем грамотеям с наказом прочесть вслух и растолковать, о чем речь? Если такие толкователи напрямую из столицы разъедутся по всем сторонам? Если скажут, что мор случается и просто так, без помощи чужаков, что это Спасово наказание за наши грехи? А паровозы – вот они. Железные плуги опять же.

– И что, всё это попаданцами придумано?

– Нет, но сказать ведь можно всякое. Учись думать, Карницкий, и смотреть чуть дальше собственного носа. Скажешь, какая тебе важность в государственных делах? А тут просто всё. Если государь рассорится с Орденом, придется решать, с кем останешься ты: с отцом, барским происхождением и будущим наследством или с нами. А у нас ни земли, ни селян, ни благородной крови, только Орден и его девиз.

– Во имя жизни – смерть, – тихо проговорил Адриан.

– Вот-вот. И смерть не только чужаков, но и наша. Ради жизней тех, кто может тебя выгнать из родного Отечества.

В колчанную вошел другой Стрела с помощником, и разговор сам собой оборвался.

***

Прошло уже пять дней, а Болиголова и Заяц всё не возвращались с вызова. Впрочем, порой Стрелы уходили и на больший срок. Мало ли что случилось? Вдруг снова прочесывают леса, потому что кому-то что-то почудилось. Орден учил относиться к своему делу ответственно.

Но на шестой день в колчанную вместо привычного чернильника ворвался командор Старопольского отделения. Карницкий тут же вскочил, едва не расплескав чай, хотел было отдать честь, как военный, вспомнил, что орденцы такими глупостями не занимаются, решил снова сесть, но теперь это казалось глупым, ведь он уже встал. Если скакать туда-сюда, что подумает об Адриане командор? Сразу отправит к чернильникам или дозволит остаться в Молотах?

– Аверий, у нас, кажись, крупный прорыв.

– Что там?

– Деревня Подрачка, в трех днях пути отсюда. Первым забеспокоился начальник почтовой станции, что к северу от деревни. Из Старополья через него едут, коней меняют, повозки забирают, а обратно – тишь. Пять дней – ни один возчик не вернулся. А за Подрачкой прямая дорога в Поборг, хоть кто-то должен был проехать. Он послал людей, чтобы глянули.