Волки

— Вот тебе и подземный ход, — сказал Ливиан, — нет там никакого подземного хода, мы бы знали. Всё просто, Гай.

— Что тебе кажется простым, Клавдий?

— Ну-у... Я думаю, что он спьяну затеял драку с Лутацием, разбили амфору с маслом, начался пожар. Возможно, наши тушили, но задохнулись.

— Слишком много предположений, — возразил Марциал, — почему преторианцы не забили тревогу? Я предпочту подождать факты.

— Какие факты ты надеешься получить?

— Причины смерти всех троих.

Факты, которых ждал Марциал, появились к полудню.

Сначала обнаружился подземный ход. Потайная дверь, запиравшая его, действительно была устроена весьма хитроумно. Не мудрено, что не нашли раньше. Несколько преторианцев прошли по лазу. Он выходил за пределы крепости, в овраг, поросший кустарником. Однако больше ничего примечательного там не нашли.

Другое открытие заставило содрогнуться даже хладнокровного Марциала. Тит Статилий Критон в очередной раз доказал, что в высшей мере достоин чести быть личным врачом императора.

— На шее Лутация, вот, посмотри сам, — сказал он Марциалу.

Тот, прикрывая нос шарфом, приблизился к покойнику, вгляделся.

Четыре отметины. Будто следы когтей...

— Ах, ты, хер собачий... — пробормотал Марциал.

Ливиан побледнел, а один из присутствовавших фрументариев и вовсе попятился.

— У второго покойника разорвано горло. И тоже, судя по всему, когтями, — сказал Критон.

— Тварь... — прошептал Ливиан.

— Да. Прямо в ставке цезаря, — мрачно проговорил Марциал.

Он повернулся к двум своим подчинённым.

— Никому не слова об этом.

Те часто закивали. Гай Целий снова выругался, на этот раз про себя.

Трибун посмотрел на врача, тот как-то умудрялся сохранять невозмутимость. Перевёл взгляд на Адриана, который незадолго до этого присоединился к трибуну и префекту и так же пожелал узнать о том, что смог изыскать врач императора.

— А Бицилис? — спросил Адриан.

— Задушен, — ответил Критон.

— Задушен? Или задохнулся?

— Гортань раздавлена. Его задушили.

— Как задушили? Руками, ремнём или верёвкой?

Критон пожал плечами.

— Этого я сказать не могу. Вряд ли ремнём. Остался бы след. Я его не нашёл.

— А раны? Следы когтей? Ты осмотрел всё тело?

— Да, всё. Больше ничего нет.

Марциал почесал подбородок. Некоторое время молчал. Потом негромко проговорил:

— Значит, ликантроп двух человек рвёт когтями, а третьего душит. Причём следов когтей на теле не оставляет, ремня или верёвки не использует.