В поисках ушедших богов - 1

Пришлось подняться, тем более, что обед был уже съеден, и отправиться вслед за Селиным по коридору в дальнюю комнату, где за дверью с массивным замком находилось четыре больших сундука. Что бы там не говорил этот пройдоха, выбор не был уж таким разнообразным и большинство одежды принадлежали беднякам: грубо сшитые однотонные холщовые штаны и подобие рубашек, уже примелькавшиеся Олегу, не вызывали ничего, кроме неприязни из-за различных пятен, которые не удалось застирать.

Селин не было дураком и видя такую реакцию, открыл второй сундук.

— Здесь более качественная одежда, но она чуть дороже. Всего две серебряных монеты.

Действительно, предложенные цветные костюмы (а вот увиденное уже можно называть именно костюмами), смотрелись значительно лучше из-за более тонкой ткани и чуть лучшего качества швов. Теперь можно было и повыбирать, но попаданец решил, что не стоит сразу соглашаться.

— В третьем сундуке ещё лучше?

— Да, уважаемый, — после небольшой паузы ответил хозяин постоялого двора. — Только она дороже на три серебряных монеты.

Взору удивленного Олега предстали всего два костюма, подобных которым он не видел даже в доме кулака Кобрина. Ткань была похожа на бархат, строчки были очень мелкими и ровными, а кое-где имелась замысловатая вышивка. Что удивило ещё больше, так то, что никаких порезов и дыр, присутствующих на ранее показанной одежде тут не было. Попаданцу совершенно не хотелось думать, что прежних обладателей этих прикидов просто придушили или отравили, дабы не портить ткань.

— Я возьму этот, если ты скажешь, кому он принадлежал, — и попаданец, видя изменившееся лицо Селина, поспешно объяснил: — Я имею в виду род деятельности, а не имя.

— Какой-то купец из столицы, зачем-то приехавший сюда и по необъяснимому стечению обстоятельств растерявший весь свой товар, — медленно промолвил пройдоха, сразу сообразивший, что его собеседник всё правильно понял.

— Ну а в последнем сундуке?

— Женские тряпки, уважаемый, — небрежный взмах руки должен был подтвердить эти слова.

— Хорошо, почтенный. Я дам пять монет, и пусть какая-нибудь аккуратная женщина очень тщательно выстирает мою прежнюю одежду и высушит её к завтрашнему утру.