Правда выше солнца

Вероятно, за время пути оба, и Кадмил, и Акрион, успели поспать; но когда именно это случилось, он бы сказать не мог. Воистину, их вела воля Аполлона, потому что, выпив несколько мехов не слишком разбавленного вина, утопив компас и постоянно забывая следить за солнцем, они всё-таки пришли в Пирей – хоть и много позже, чем предполагалось.

Глубокой ночью.

Что ж, небольшая задержка во времени – ничто, если можешь сказать: я пил с самим Гермесом!

Стояла тихая полночь, причал был пуст. Кряхтя и отдуваясь, Кадмил тяжело воспарил над фелукой и вытянул курос из лодки на пристань.

Акрион в который раз попробовал вытащить стрелу из статуи. Бесполезно: наконечники сидели намертво, будто молотком вколоченные.

– Попортили Феба, гады, – пожаловался он.

У него тоже гудела голова, а пристань, кажется, ходила под ногами ходуном, вызывая отчётливую тошноту.

Кадмил посмотрел на курос сквозь пальцы.

– Ничего, – буркнул он. – Так даже лучше.

Он встал и сильно пошатнулся. Подобрал за ремень сумку.

– Так, – сказал он. – Делаем вот что. Сейчас несём эту красоту в храм Дельфиния. Тут недалеко, справимся. Ставим прямо на алтарь. Ты остаёшься в храме, а я лечу из последних сил в Афины. Собираю народ, говорю: радуйтесь, афиняне, герой вернулся, победой осиянный, и так далее. Веду их сюда, торжественно предъявляю героя вместе со статуей. Главное, позу прими повеличественнее… Ну, да ты профессионал, не мне тебя учить.

– А, может, просто во дворец отвезём? – слабо предложил Акрион.

Кадмил поморщился.

– Не, – возразил он. – Так не годится. Бог и его герой вернулись с победой! Что им теперь – нанять повозку, запрячь осла и топать пешкодралом во дворец, как каким-то водовозам? Дешёвка. Народу потребны зрелища! Особенно если дело государственное.

– Согласен, – истово кивнул Акрион.

После чего повернулся и сблевал точнёхонько в несчастную фелуку, стоявшую у причала.

Качаясь и наступая себе на ноги, они протащили курос по пустынным улочкам Пирея. Сумка болталась у Кадмила на шее, хлопала по бедрам. Божественный посланник часто икал и ругался под нос. Боком, сипя от натуги, они взошли по двум дюжинам ступеней храма Аполлона Дельфиния, победителя чудовищ, покровителя моряков.