Ландскнехты

- Все здесь люди умелые и сноровистые, - продолжил Антон, как будто не заметил короткой и немой, однако весьма энергичной мизансцены.

Швальбе поднял ладонь, предупреждая неизбежный комментарий Отакара относительно умелости и сноровистости. Гренадер, поперхнувшись, едва не проглотил язык вместе с язвительным словцом.

- Однако нам не хватает, как бы это сказать... - Фульчи зашевелил пальцами, как паук-ткач, выплетающий слова из воздуха. - Некоторой достодолжности. Персон, которые надлежащим образом определили бы грядущее.

Он умолк и значительно посмотрел на Швальбе, явственно предлагая перехватить разговор. Гюнтеру до смерти не хотелось принимать участие в этих игрищах, тем более что каждая фраза все дальше и дальше вовлекала ландскнехтов в дурно пахнущее дело. Но пришлось.

- Иными словами, вам нужен кто-то, чтобы освятить охоту, - предположил Гюнтер под размеренное и благостное кивание Антона. - Настоящие девенаторы.

«Пизем», кажется, хотел что-то сказать, однако Антон его опередил, мягко, но властно:

- Друг мой, строго говоря, до настоящих, - Фульчи кротко улыбнулся, - девенаторов вам несколько далековато, будем откровенны. Однако общую суть вы поняли верно. Три орденских бойца - это как раз то, что нужно для полного совершенства!

Швальбе молчал, переваривая услышанное. Ничего нового он, по сути, не узнал, уже составив общее представление об организующейся махинации. Но с учетом того, что на мероприятие их благословил лично отец Лукас, то «махинации» ли?

- Что ж, мне кажется, мы все прояснили, - ослепительно улыбнулся Антон, и Швальбе отметил, что у Фульчи все зубы на месте и в отличном состоянии.

Конторка скрывала в себе не только бумаги, но и серебряный подносик, на коем имели место чарки, а также лафитничек, в котором искрилось нечто зеленое, крайне соблазнительное.

- Так сказать, за наше временное, и, надеюсь, взаимовыгодное партнерство, - вновь подкупающе улыбнулся Антон.

- Всенепременно, - пообещал Гюнтер. - Однако вначале хотелось бы прояснить один момент. Я бы даже сказал, нюанс...

- Слушаю со всем вниманием, - сосредоточился Фульчи, наливая себе на два пальца. Даже не принюхиваясь специально, Гюнтер почуял аромат восхитительной полынной водки. Настоящей, а не дрянного крепленого вина, которое настаивают на поздних жестких стеблях, а затем подкрашивают зеленым для пущей красы.