Ландскнехты

Каменномордый Вольфрам ощутимо перекосился, и Швальбе готов был поклясться, что это не гримаса раздражения, а едва сдерживаемый смех. Судя по всему, окружающий бардак нравился седому мечнику не больше, чем ландскнехтам.

- Господа, - чопорно вымолвил фон Эшенбах. - Вам туда. Засим я вас оставлю.

- Туда так туда, - в очередной раз пожал плечами Гюнтер.

Доехав по указанному Эшенбахом направлению к одному из самых скромных шатров на отшибе лагеря, ландскнехты спешились, привязав коней. Их ждали - охрана шатра (кстати, не в пример более серьезная, нежели «пост» на тракте) расступилась без вопросов, едва Гюнтер представился.

Внутри обнаружились два человека. Глянув на одного, капитан машинально положил руку на оголовье шпаги, радуясь, что с утра последовал доброму совету Вольфрама и подточил клинок. Высокий офицер - парадный, франтоватый, в красных штанах с нашитыми белыми лампасами - зеркальным отражением повторил жест капитана. Глядя на знакомое оружие - облегченную «валлонку» без чашки и с ублюдской гардой - Гюнтер сжал пальцы, готовясь вытащить шпагу из ножен.

- Господа, - с вежливой требовательностью вмешался второй «шатерный». - Я попросил бы... мы в приличном обществе!

Физиономию пижонистого офицера перекосила гримаса, тем не менее, он с демонстративной нарочитостью отвел пальцы от оружия и скрестил руки на груди. Человек, который с такой легкостью окоротил гордеца, явно стоил внимания. Швальбе уставился на вторую персону, решив, что это и есть главный устроитель всей ярмарки тщеславия.

Был этот мужчина средних лет благообразен и прямо-таки располагающ, с первого взгляда. Скромный, одетый неброско, но со вкусом. В темное, однако, не траурно-черное. С парой перстней, опять же неброских, однако на взгляд ландскнехта, опытного в посещении маркитантов, стоили побрякушки пару хороших деревенек со всем имуществом, включая двуногое. Начинающий лысеть, но не плешивый. С чертами лица тонкими, однако, не чрезмерно, без характерной искаженности, выдающей столетия аристократического кровосмешения.

- С кем имею честь? - со всей доступной вежливостью осведомился капитан, глядя в пространство между достопочтенным господином и офицером при шпаге.