Само совершенство

И слегка поежилась, вспоминая о средствах, к которым прибегали на допросах в эти нетолерантные времена.

Марфа, конечно, не могла остаться в неведении.

— Мы желаем знать, что за злодея вы изловили, и какие атросите он совершил.

— Это не для Лизаветиных ушей, Марфа Васильевна, — похоже, кавалер имел немалый опыт в увещевании капризных дамочек. — Скажу однако, что оный разбойник уже натворил дел на битье кнутом и каторгу.

Что ж, если все эти безобразия не имеют отношения к нам, стало быть, и волноваться мне пока что не о чем.

— Вам бы отдохнуть, выспаться, — наставительно заметила я, разглядывая осунувшееся лицо кавалера.

— На том свете отоспимся. А нынче недосуг бока отлеживать. Давай прощаться, дитя, — он спустил Лизу с колен, вздохнул и поднялся. — Дамы, позвольте откланяться.

— Ах, я и забыла, Андрей Петрович! — Марфуша состроила кавалеру глазки и пригласила: — Ежели служба не помешает, едемте с нами в субботу к господину Челищеву на репрезентасьон.

Я снова едва не расхохоталась в голос, так изумленно воззрился на нее Андрей.

— Что это собирается представлять Викентий Ильич? Не думал я, что он одарен еще и актерскими талантами.

Настала пора Марфиньке растерянно хлопать глазами. А мне пришлось давать пояснения, снова подавляя неуместный хохот.

— Еще как одарен, вы разве не заметили? Но в субботу дает представление не он сам, а его домашняя театральная труппа.

— Ну раз уж трогательная, я не могу отказать двум прекрасным дамам, — Арбенин тоже отчего-то развеселился. — Думаю, служба помехой не будет.

Лиза между тем поняла, что папенька собирается уходить, и стояла понурившись, кажется, даже собиралась реветь. Жаль ее мне было неимоверно.

— А для малолетних девиц существуют сказки, — объявила я и протянула печальнице руку. — Пойдем, я расскажу тебе про прекрасную принцессу и страшного дракона.

— Она его победила? — ну точно, это была дочь своего отца.

Решительная малышка. Впрочем, предложенный ею поворот пошел бы только на пользу стандартному сказочному сюжету. Я скроила самую загадочную физиономию, какую только могла.

— Узнаешь, когда я расскажу тебе все до конца. Пойдем в твою комнату, покажешь мне, как живешь.

И я оглянулась на Арбенина, в надежде, что он использовал момент для отступления.