Само совершенство

Пока я пропевала первый куплет, музыканты незаметно подстроились под меня, и мелодия заскользила сама по себе, поддерживая голос и слова невесомым, ласковым касанием.

Внимали все исправно, мужики вдумчиво сопели, бабы пригорюнились, а когда дело дошло до выхода свет-Настатьюшки, облегченно завздыхали. Строгий дядька тоже остался доволен.

— Ну то-то, суесловки, на том и почивать пора.

Для ночлега нам отвели натопленную до изумления горенку, где мы расположились каждая на своей лавке и выспались неплохо, хотя и вставали несколько раз за ночь испить водицы из оставленного на подоконнике ковша.

Поутру нас разбудили ранешенько.

— Поднимайтеся, девицы-красавицы, — вломилась к нам Оленка, на ходу доплетая косу. — На торг пойдем, народ веселить. После мужики на дело пойдут, а мы по хозяйству похлопочем маленько.

На торгу все вышло как нельзя лучше. Ватага успела показать целую программу из кукольного представления, плясок с развеселыми частушками и приговорками, короткого интерактивного (то есть, с участием зрителей) спектакля «на злобу дня» (о мздоимстве дьяков и низком моральном уровне священства), а в конце еще меня заставили пропеть «лирического» - завершивший вчера наш день «Вьюн над водой».

И хотя я прекрасно представляла уровень собственного вокального мастерства — все равно было приятно, когда мне хлопали и кричали одобрительное. Потом довольные зрители кидали «гонорар» в шапку, с которой пошел по кругу Осип, и набросали, видимо, порядочно. Дядька Гордей пожевал губами, отсчитал сколько-то в кулак Марьяшке и велел «пойти припасом закупиться».

Мы увязались следом, и получили истинное удовольствие от умения «морковки» торговаться. Куда там Акулине, хотя и она была в этом деле умелицей! Цена на все продукты волшебным образом сдувалась в несколько раз, и мы получали все потребное, по моим понятиям, за смешные деньги.

Закупленный припас парни еле дотащили до дома – вот какой рачительной хозяйкой оказалась Марьяшка. Радостно поохавши над добычей, бабы принялись готовить, помогали и мы, чем могли.

А мужики отправились встречать гостя, и вскоре ввели в горницу осанистого, высокого бородача, больше всего походившего на удачливого купчину. Вид он имел заносчивый, ватагу оглядывал насмешливо, и для чего явился, поначалу было неясно. До тех пор, пока Гордей не спросил:

— Когда, стало быть, Ермолаюшка, ватажничков моих до клада отведешь?

— Дак вот нынче же и пойдем. Тех, что помоложе, мне давай, чтоб силушка играла. Не то не справимся, не приведи Господь.