Вассал и господин

Глазами он нашёл того, кто задал ему этот вопрос, сделал к нему шаг и спросил у него вкрадчиво:

- А не из тех ли вы господ, что мнят себя ведьмозаступниками?

- Что? - Не понял сразу сути вопроса молодой господин, только что считавший себя удачным шутником.

- Не из тех ли вы господ, что считают, что к ведьмам надобно проявлять милосердие?

Шутник молчал удивлённо, явно не ожидал он, что разговор так обернётся.

- А может, вы считаете, что Матери Церкви нужна реформация? - Повысил голос Волков, всё ещё сверля взглядом молодого рыцаря.

- Да нет же, - промямли тот в ответ. - Это была шутка.

- Шутка? Вы шутите над Святой Инквизицией, которая спасет верующих от козней ведьм и ереси? - Кавалер оглядывался и видел, как с лиц рыцарей исчезают улыбки, и с внутренним удовлетворением он продолжал, обращаясь к барону:

- Горько мне видеть, что среди рыцарей курфюрста, опоры трона императора, есть люди, для которых Матерь наша Святая Церковь является объектом шуток.

- Не огорчайтесь, друг мой, - сказал барон, взяв Волкова под руку и погрозив молодым придворным пальцем, - это глупцы, повесы. Попрошу нашего герцога сделать им внушение. Распоясались. Пойдёмте, пойдёмте, друг мой.

Больше ни один из рыцарей не произнёс им в след ни одного слова.

Когда Волков и его офицеры оказались в отдельной комнате, где лакеи суетились подносами и кушаньями, а дверь на балкон за ними затворилась, Бертье перевёл дух и сказал:

- Фу, прошёл между ними, словно штурм стены отбил.

- Да уж… - Многозначительно поддержал его Рене.

- Не волнуйтесь, господа, - произнёс Брюнхвальд спокойно, - кавалер Фолькоф владеет, словом, не хуже, чем мечом или арбалетом.

- И, слава Богу, а я уж думал, что дуэли не избежать, - сказал Бертье. – А то я стоял среди этих господ, как будто голый среди стаи волков.

- Да уж… - повторил Рене.

А Брюнхвальд только посмеялся тихо, и его смех кавалер расценил как похвалу.

А барон тем временем ушёл в обеденную залу, но тотчас вернулся и сказал важно и громко:

- Его Высочество курфюрст Ребенрее соблаговолит принять вас немедленно, кавалер.

Волков оправил одежду, сжал и разжал кулаки. Вздохнул и шагнул в столовую залу, барон сразу зашёл за ним и прикрыл дверь.

Удивительные окна под потолок пропускали в залу много света. Там пахло кофе. Редкое зелье в этих серверных краях. За столом, уставленным кушаньями, сидел один человек. Одет он был на удивление просто.