Иная судьба. Книга 1

Окинул взглядом двор, глянул выше. На крепостных стенах расхаживали, зорко посматривая, знакомые чёрные фигуры, разбавленные инородными в каких-то неряшливых поношенных латах.

– Кто на постах?

– Часть наших, часть пентюхов из местного гарнизона. Взял на себя смелость предложить работу наиболее толковым. Есть среди них нормальные ребята, пусть послужат. К тому же, горят, можно сказать, желанием честно служить господину герцогу!

– И зубы у всех целы после вашего предложения? – с усмешкой уточнил капитан.

– Одному пришлось проредить, – не стал вилять Лурье.

– Наглядного примера, а также сравнения в размерах и сроках выплаты жалования хватило. Они, хоть и неграмотные, а считать все умеют, особенно в свою пользу.

– Что ж. – Винсент одобрительно хлопнул Лурье по плечу. – Молодец, лейтенант. Не зря я послал сюда именно вас. А теперь – ведите к барону. Начнём с головы…

…Чаще всего паралитиков представляют этакими жалкими развалинами. Филипп де Бирс был развалиной страшной. На широком ложе, перенесённом из спальни прямо в громадный каминный зал, возлежал остов, обтянутый кожей, в рубцах и шрамах от заживших когда-то язв.

Даже лысый череп был изборождён следами «поцелуев Венеры», как завуалированно называли проявления отвратительного недуга, от которого барон якобы исцелился. Ужасны были высохшие кисти, казавшиеся чересчур крупными на палках предплечий, ужасно, что пальцы на этих кистях были напрочь лишены ногтей, а на лице паралитика не росло ни единого волоса: не то, что бороды и усов – ресниц и бровей не было.

Безволосый полутруп злобно сверкнул запавшими глазами. Капитан поморщился: запашок в зале стоял ещё тот, хотя за больным было кому ухаживать. Две запуганные девушки робко прятались за столбиками кровати в изголовье, ещё две жались в отдалении, у окна, тише воды, ниже травы. Тень под глазом у одной из них была слишком уж густа и отливала фиолетовым, другая стыдливо прикрывала распухшую губу.

– Вон отсюда, – негромко сказал Винсент. – Лейтенант, почему рядом с арестованным посторонние?

– Это сиделки, – ухмыльнувшись, пояснил Лурье.

– Лежалки! – рявкнул барон. – Я стар и болен и не привык мёрзнуть в постели. Эти шлюшки греют мои кости. Что вы себе позволяете, капитан как-вас-там? Или я тут уже не хозяин? По какому праву псы герцога распоряжаются у меня в доме?

– Его светлость в собственной провинции везде дома, а, стало быть, волен распоряжаться в любом замке так, как ему заблагорассудится, – сухо ответствовал капитан.