Эра цепей

Ориентироваться внутри этой громады могли лишь священнослужители и монахи, что обитали и работали при храме тагацита эрциллийского, и те немногие посвященные, что носили вызывающее трепет имя ордена прозелитов.

Мужчина поправил глубокий капюшон и сделал шаг вперед, в прохладу храма. Изнутри веяло стойким запахом благовоний, масел, чернил и книжной пыли. Внутри было тихо, темно, лишь горели вдоль длинных рядов колонн красные лампады и множество свечей, громоздящихся в восковые горы на полу. Почти сразу же его встретил человек в высоком головном уборе, красная ткань полностью закрывала его лицо.

Он молча, жестом пригласил прозелита пройти с ним, и Менкр, распрямив плечи, повиновался. Здесь он чувствовал себя гораздо более уверенно и спокойно, чем на Темиле. Пусть это и не был его домен, его сфера влияния, но он знал — еще немного, и это изменится. Признание его талантов и преданности делу не за горами. Встреча с владыкой, венценосным тагацом, светочем цивилизации на всем Шестилунье не за горами.

Священник проводил Менкра дальше, коридор за коридором уводя его прочь от залов, свободных для посещения просящих.

Там, в помещениях поменьше уходили вверх закрученные в спираль лестницы, каждая ведущая в свой отдел, работающий с тем или иным ахеем. Еще дальше впереди располагалось крыло переписчиков, куда и вел Менкра священник.

“Дешево. Слишком просто”, — промелькнула у мужчины в голове мысль. Он едва сдержался от улыбки. — “Все крыло прослушивается, глухих стен почти нет. Ему нужны свидетели моих слов.

”

Он знал этот храм как свои пять пальцев. Но еще лучше он знал того, с кем ему предстоял разговор.

Двое неподвижно, молча стояли друг напротив друга. Отличить их по одежде было бы сложно несведущему в их деле человеку, однако по едва заметной кайме на рукавах и капюшоне прозелиты могли легко узнать звания друг друга, понять, на какой ступени иерархии находится собеседник. Менкр находился в двух ступенях от вершины, мужчина напротив уже был на ней.

— Брат Менкр. — после минутного молчания, первым не выдержал второй.

— Брат Сарт. — ответил ему Менкр, коротко кивнув в знак приветствия.

Жестом глава ордена пригласил гостя пройти с ним. Двое медленно пошли вдоль длинного, тускло освещенного множеством маленьких масляных ламп зала. Весь он был заставлен наклонными столами, за которыми, согнувшись в три погибели, сидели десятки и сотни переписчиков, безмолвно, машинально работая над текстами, копируя и преумножая документы, книги, письма, приказы.