Больное зелёное небо. Книга I: Перерождение легенды

Не помнишь уже, как сказал такое?

Арефею живо вспомнился тот самый разговор, где он это всё сказал. И ведь даже отпереться никак, слишком уж хорошо он это запомнил.

— Ну так я ж… это…

— Чего? Теперь чего-то не такой говорливый ты.

Арефей издал пару звуков неясных. А потом отодвинул резко свою табуретку от Дарилины, нахмурился.

— Ну сказал я глупость тогда. Злой уж больно был потому что. Думаешь, горжусь я этим? Не горжусь нисколько! Только чего мне теперь, всю жизнь из-за этого стыдиться?

— Не будет никаких «за домом бабки Крафы», — отрезала Дарилина да губы надула и руки на груди скрестила.

— Да и не надо, — буркнул себе под нос Арефей.

Он резко встал, пошёл к остальным.

— Ну, — громко спросил он, — чего у вас тут?

— Да слово вот это никак не поймём, — Антир ткнул в книгу.

— Это вы втроём понять не можете, а вчетвером тут же поймём, — сказал Арефей да захохотал натужно.

***

Арефей вышел из сиротского дома, оглянулся на замешкавшихся Антира с Игнаром. Хохотнул, когда Антир споткнулся о порог и пробежал вперёд размашистыми шагами, силясь не упасть.

— Арефей! — раздался вдруг издалека писклявый голосок. — Арефей!

К ним мчался малознакомый белокурый мальчонка. Арефей видел его в школе, но имя его вспомнить не смог. Мальчонка бежал, спотыкался, прыгали кудри на его голове.

— Арефей! — снова крикнул он, когда наконец добежал до крыльца сиротского дома.

— Чего? — удивлённо спросил Арефей.

Мальчонка согнулся, за бок схватился да так тяжело дышал, что никак ни слова сказать не мог.

— Ну! — потребовал Арефей.

— Меня Гаврул за тобой послал! — выговорил мальчонка, тяжело выдыхая каждое слово. — Там заводские в деревню прорвались!

— Чего?! — Арефей в один прыжок оказался вплотную к мальчонке. — Где?!

— Побежали, — только и сказал он, махнул рукой да помчался куда-то вглубь деревни.

Арефей кинулся за ним, братья не отставали.

Они мчались через деревню, пробегали по дорожкам и тропкам, едва успевали отскакивать, когда из-за очередного поворота кто-нибудь выходил им наперерез, а то и сшибли даже одного старика да какую-то толстую бабу с вёдрами, которая долго им вслед ругалась потом.

— Арефей, слышь! — позвал на бегу Игнар. — Кажись, к сеновалу он нас ведёт.

— И чего?

— Не ловушка ли? Там самый край, считай. Тихо, нет никого. Одна бабка Крафа, да и та глухая.

Арефей даже чуть замедлился. Да только в следующий миг заметил, что со всех сторон ребята по школе знакомые бегут в сторону сеновала.

— Вишь, — сказал Арефей, — не мы одни.