Больное зелёное небо. Книга I: Перерождение легенды

Потом они вдвоём вообще просто так болтали долго, Арефей уж и не помнил о чём.

А с братьями так и вообще налаживать ничего не пришлось, те уж привыкли к нему. Да и Арефей спокойнее стал, мало что его волновать стало. И тихо как-то в землянке по вечерам теперь было. Сидели братья да Рафнут кучкой, занимались, читали, писали. А Арефей чуть в сторонке, да Дарилина рядом с ним сидела. И Дарилина в последние дни была единственной, кто мог его взволновать.

Вот и очередным вечером сидели они как всегда. Игнар что-то Антиру с Рафнутом объяснял, а Арефей с Дарилиной смеялись над шуткой, которая только им двоим понятной была.

— Обожди. — Арефей потянулся рукой к волосам Дарилины, в которых травинка сухая застряла.

— Да чего ты там делаешь? — Дарилина смеялась звонко и всё головой крутила.

— Да погодь ты смеяться, — сказал Арефей, а сам при том тоже хохотал без остановки. — Да погодь, в волосах у тебя застряло чего-то.

Арефей наконец подцепил травинку, осторожно вытащил и показал Дарилине. Та взяла её, игриво провела ей по лицу Арефею.

— Ох, ну какой заботливый. — Она выкинула травинку, ласково коснулась головы Арефея ладонью, пальцы в волосы ему запустила.

Арефей почувствовал, как тело его невольно напряглось, затвердели мускулы. Он привстал, придвинул свою табуретку поближе к Дарилине.

— Слышь, — горячо прошептал он ей на ухо, — а может, ну её, учёбу эту, мы ж всё равно не занимаемся с тобой.

— На что это ты намекаешь? — Дарилина вскинула брови, глаза чуть шире раскрыла, будто и правда не понимала, про что ей говорят.

— Ну, может, это?.. — Арефей заёрзал на табуретке. — Пошли кой-куда?..

И оробел вдруг, увидев каким взглядом его Дарилина наградила. И не понять было по нему, то ли набросится она сейчас на него и расцелует, то ли бить будет.

— Куда это? Уж не за дом ли бабки Крафы ты меня зовёшь, бесстыдник?

— А ежели и туда? — с вызовом сказал Арефей, да голос из-за пересохшего горла подвёл, дрогнул.

Он скорее прокашлялся. А Дарилина вперёд подалась, совсем вплотную с ним оказалась.

— А что ж мы там делать будем, а?

У Арефея встал твёрдый вопрос: а не издевается ли она над ним? Да только думать об том долго он не смог, другие мысли всё из головы выгнали.

— Ну так известно что, — тихо сказал Арефей, а внутри уж трясся весь от желания.

— А, ну да. Я ж туда часто хожу.

На миг, казалось, весь мир затих.

— Чего? — У Арефея аж обмяк голос.

— Ну ты ж сам говорил.

— Чего я говорил?

— Ну, дескать, хорошо я за тот дом дорогу знаю.