Наследник Фениксов. Начало

Я заметил, как серебряные приборы на столе слегка задрожали, словно отзываясь на невидимые волны напряжения, исходящие от моих родителей. Старинные часы на камине, кажется, замедлили свой ход, растягивая каждую секунду в маленькую вечность.

Фамильные портреты на стенах, обычно дремлющие в своих рамах, теперь, казалось, пробудились и с интересом наблюдали за нами. Я мог поклясться, что видел, как глаза моего прапрадеда на одном из портретов блеснули, словно живые.

Магия, всегда незримо присутствующая в нашем доме, теперь ощущалась почти физически.

Она струилась по комнате невидимыми потоками, заставляя волоски на моих руках вставать дыбом. Это было похоже на то чувство, которое я испытал во время ритуала в лесу, но гораздо интенсивнее и ... тревожнее.

Мама нервно теребила край скатерти, и я заметил, как нити, из которых она была соткана, начали слабо светиться, реагируя на её прикосновения. Отец сидел неподвижно, но воздух вокруг него словно вибрировал от сдерживаемой энергии.

Тишина, повисшая в комнате, была почти осязаемой.

Казалось, даже пламя свечей замерло, не смея колыхаться. Я чувствовал, как моё сердце бьётся все быстрее, отзываясь на это необычное напряжение.

Мама первой нарушила тишину, её голос был мягким, но в нём чувствовалась скрытая сила, словно тлеющие угли, готовые в любой момент вспыхнуть ярким пламенем.

— Александр, — начала она, и я заметил, как её глаза на мгновение вспыхнули золотистым светом, — перед тем, как ты отправишься в гимназию, есть вещи, которые ты должен знать.

Мама положила свою руку на мою. Её прикосновение было тёплым, почти горячим, и я почувствовал, как по моей коже пробежали искорки — отголоски той древней магии, что текла в наших жилах.

Отец, сидевший напротив, выпрямился, его взгляд стал острым, как лезвие меча. Он положил на стол свой фамильный перстень, и я увидел, как рубин в центре кольца начал пульсировать, словно живое сердце.

— Сын, — произнёс он, и его голос, обычно спокойный, сейчас звучал как раскаты далёкого грома, — ты знаешь, что наш род древний и могущественный.

Но не все страницы нашей истории светлые.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Истории о тёмных страницах прошлого рода Фениксов всегда были запретной темой, о которой взрослые говорили лишь шёпотом. Теперь же, казалось, сами стены дома затаили дыхание, готовясь вместить в себя древние тайны.

Мама сжала мою руку чуть сильнее, и я ощутил, как её магия — тёплая и успокаивающая — течёт сквозь меня, придавая сил.