Геммы: Сингония

Так за пустой болтовней они добрались до высокого, в целых четыре этажа, здания хранилища. С самого фасада, увенчанного непонятной но солидной надписью «TESAURUS», было ясно, что шутки здесь шутить не станут — здание было обнесено забором в три человеческих роста, каждый чугунный прут которого оканчивался блестящей в холодных солнечных лучах пикой. Вход охраняли четверо стражей с саблями и пистолями за широкими кушаками, вдоль забора ходил, дико щерясь, лохматый кошкан даже крупнее Фундука.

— Так, — объявила Норма, теребя кончик косы, — вы как хотите, а я пойду все-таки в посольство.

На самом деле Норме вовсе не хотелось снова проходить через это многочасовое испытание ее способностей и, возможно, вновь провалить его, вновь принимать сочувствие и поддержку братьев и сестры… А если о ее новом провале прознает Октав? Вот же… скудство! Она еще ничего не сделала, а ей уже тошно от самой себя.

— Нет, — вдруг отрезал Илай. — На месте преступления дело найдется всем, ты опросишь охрану.

— Чего это ты раскомандовался? — дрогнувшим голосом возмутилась Норма.

— А того, что я Координатор и координирую нашу работу. Ты идешь с нами.

— А я старше! — чуть не плача упиралась она.

Диана обняла сестру за плечи:

— Именно поэтому без тебя мы никак.

Янтарь смущенно шмыгнул носом и кашлянул:

— Это я и хотел сказать.

«Но не сказал», — крутилось в голове Нормы, но она только молча кивнула. К чему им ссориться? Особенно, когда на кону даже не ее уязвленная гордость, а возможность нормально поесть.

Показав стражнику грамоту с пропуском, геммы шагнули за натужно скрипнувшие ворота хранилища госпожи Зимецкой. Их проводили внутрь, дотошно досмотрели и отобрали короткие клинки, которыми снабдило их управление для ежедневного пользования при крайней необходимости. Затем служащих сыска конвоировали по коридорам в кабинет начальника охраны, и тот долго и нудно твердил им ничего в коридорах не трогать, ни на какие стенные панели не нажимать, канделябров не дергать, за сопровождающим шагать след в след.

— Это уж второй случай, — пояснил он сухо, бряцая на ходу огромной кривой саблей. — Тот, что с зонтом.