Геммы: Сингония

Мороз кусал за щеки и носы, забирался под шерстяные плащи. Ежели ты пеший — терпи его зубы, знай пошевеливайся. Одному только Лесу холод был нипочем, и плащ свой он носил нараспашку.

— А во-вторых? — напомнила внимательная к деталям Диана.

— А во-вторых, поручение Рахель никуда ведь не делось. Катерина Дубравина по-прежнему неизвестно где, а зацепок у нас так и не прибавилось. Как скоро Внутренняя Церковь снова призовет нас к ответу?

— Но ведь премия! — простонал Илай.

— Ее еще заслужить надо!

Лес потянулся до хруста и зверски зевнул.

— Вот что я вам скажу, — начал он, — правы тут все, но в посольстве еще не факт, что ответят, только время потеряем. Все равно надо искать уж в другом месте. Или другим методом, — таинственно ухмыльнулся Боец. — А три дня? Да это тьфу, хоть попробовать мы можем. Посмотрим, что там да как, а там и решим, как силы разделить. Рахель все равно нас не убьет.

— Я бы не была так уверена, — процедила Норма.

Беззаботность братьев ее раздражала. А еще раздражало то, что она одна прикладывала такие усилия, высчитывая последние медяки так, чтобы хватало на самую простую еду, а они только кривились да искали решение попроще. И что они сделают с премией, если, конечно, ее получат? Прокутят! А время меж тем идет…

До хранилища «железной вдовушки» Полины Павловны от Малой Присутственной было рукой подать, так что пошли пешком.

— Ты что-то там говорил про новые методы? — не упустила Диана.

— Ага, — расплылся в улыбке Лес. — Я там с Егоркой поболтал, дал ему кой-какие ориентиры… Пусть послушает по темным углам, может, узнает чего…

Илай встал, как вкопанный.

— Ты что это, тайны разглашать вздумал? — глухо переспросил он. Лицо Янтаря потемнело. — Детали расследования Внутренней Церкви? Смерти нашей хочешь или чего похуже?

Лес оглушительно фыркнул:

— Ой, брось.

— А, ну тогда ладно, — легко согласился Илай.

Норма спрятала лицо в ладонях и прошептала:

— Два болвана.

С Малой Присутственной они вышли на Локотки — широкую торговую улицу, больше напоминавшую площадь.