Геммы: Сингония

— Ну, о том, что он не сразу заметил на моем лице это…

— До чего же ты тщеславный! Только и думаешь, как бы показаться лучше, чем есть!

— Что в этом такого? — оскорбился Илай. — Сама-то вон что на голове накрутила!

Диана надула и без того округлые щечки и не сказала ему больше ни слова.

В таком взаимно обиженном молчании они сели на лошадей и добрались до ворот. Им без промедления открыли, выпуская на площадь под сенью статуи.

Но, стоило им выехать, как перед ними скачком сперва возник оседланный Лесом Фундук, а затем и Норма, верхом на серой в яблоках лошади.

— Наконец-то! — вскричала Норма, и ее лошадь едва не встала на дыбы. Фундук воинственно бил хвостом. — Немедленно нужна ваша помощь, иначе они скроются навсегда!

— Что такое, кто скроется? — опешил Илай.

— Поджигатели, — процедил Лес и пришпорил кошкана пятками.

Остальные нестройной кавалькадой последовали за ним.

***

Чтобы выследить злоумышленников, сначала пришлось привести Координатора и Охотницу туда, где они только что успели побывать с Лесом.

Норма от волнения не успела как следует остановить лошадь, как уже спрыгнула в разрытый копытами и ногами других полицейских снег.

— Они были здесь, оба! Но теперь их нет, и я уверена, в этом виноваты мы.

— Подожди, — воскликнул умоляюще Илай. — Объясни по порядку, мы же явно чего-то не знаем.

— Меня обманули! — Норма не могла удержаться от того, чтобы заломить пальцы. Сердце вырывалось из груди. — Серафимы, я бесполезна!

Тут подоспела Диана. Она ловко спешилась и подошла к дверям лавочки со входом, украшенным еловыми ветками.

Вот только огоньки в них уже не горели, а некогда запертая на семь засовов и замков дверь болталась на одной петле. Внутри топтались и переговаривались их коллеги из сыска.

— Почему ты говоришь, что виновата Дольска? Мы же с ней разговаривали, и она искренне сказала, что никому не причиняла зла. Я была там.

— А помнишь, как она боялась нас? Как прятала шалью шею с украшением? Как жалела животных, которых мучают нерадивые, самовлюбленные хозяева-богачи? — взорвалась Норма.

Хорошо, что уже не слезами. Когда картинка сложилась впервые, она позволила себе минуту… хорошо, две минуты упоенной жалости к себе, нерадивой. — И ты сама сказала, у нее был мужчина. Мужчина-мистерик. Она называла ему адреса.

— Ищи, где сердце, — важно добавил Лес.

— Я встану на след, — отрезала Диана. — Как давно взломали двери?

— Уж час как, — ответила Норма и тут опомнилась. — Со мной оружие, оно может пригодиться.