Ветер перемен

— Да кобылка-то эта провинциальная у виконтёнка хороша, я бы ей под хвост как вду…

Договорить этот ублюдок не успел, потому что моё тело сработало раньше головы, и сжатый кулак с хорошим размахом влетел в челюсть уличного отброса.

Бродяга с грохотом полетел со стула, вопя от боли. Боковым зрением я заметил, как в кабак влетела Асил, но категорично покачал головой: не лезь.

Бармен за стойкой набросил полотенце на плечо, откуда-то из подсобного помещения появилось двое громил в майках, открывающих могучие руки, покрытые шрамами.

— Нельзя так делать, молодой господин, — покачал головой бармен. – За это наказание есть.

Громилы устремились ко мне, но я не собирался с ними драться. Резко встал, вскинул руку, уже привычно призывая силу и заставляя разряд молнии сверкнуть в пространстве между мною и вышибалами. Раздавшийся треск заставил бармена побледнеть, а вышибал застыть на месте. Как, впрочем, и официанток, и редких посетителей кабака.

— Так какое там наказание? – с металлом в голосе спросил я, смотря в глаза бармену.

— Наказание? Я сказал, наказание? – он заметался. – Старый стал, простите, что-то не то ляпнул.

Глава 3. Чужие интересы

Я обвёл глазами замерший кабак. Как-то сразу бросились в глаза избитые столы, засаленные столешницы, не первой свежести полотенце на плече бармена, побелевшего от страха… Казалось, что за последнее время я существенно потерял в брезгливости, но сейчас мне стало противно до тошноты. Сжал зубы, опустил руку. Мои действия сопровождались общим вздохом облегчения.

Мне не стоило тут задерживаться дольше, тем более что я уже узнал всё, что было необходимо, продолжать разговор было бессмысленно, да и вряд ли бы он сложился хорошо, учитывая обстоятельства. Скривившись, прошёл мимо столиков, заставляя редких гостей шарахнуться от меня в разные стороны. Кто-то запнулся об стул, тот с грохотом полетел на пол, на этот звук отреагировали громилы, обратив всё своё внимание туда, а про меня как будто забыли.

Я стремительно вышел из здания. Огляделся, чувствуя неприятную потерю чувствительности в правой руке, через которую недавно пропустил молнии. Что-то было не так, раньше такого эффекта не было, на дирижабле всё прошло лучше.

Неподалёку карета только освободилась от пассажиров и стартовала в поиске новых.

— Господин… — раздалось за спиной.

Но я только отмахнулся, почти на ходу запрыгивая в подъехавшую карету.

— Всё потом, Асил, — проговорил сквозь зубы.