Во все Имперские ТОМ 11 Непобедимое Солнце

В еще больший шок их поверг Валерий Периайтович Чумновский, распространявший вокруг себя омерзительное зловоние. Чумновский, взобравшись на холм, прежде всего осведомился о своем брате, который пропал в Желтороссии вместе с моим Петей, но сообщить чумному барону мне было нечего.

Семён Семёнович Прыгунов, приехавший поддержать меня по моему приказу, весь трясся от ужаса. Он явно не бывал ранее в столь благородном обществе, все больше сидел у себя в Псковских болотах.

Барон Рукоблудов вел себя гораздо свободнее, он махал палицей и орал, что готов тут всех перебить ради меня, пока я не пояснил Его Благородию, что убивать никого не нужно.

Герцог Эриксон, дядя моей телохранительницы Сигурд, был высоким блондином и почти не говорил по-русски.

Корень-Зрищин, член моей Лицейской ложи, хоть и был Старшим клана, но остался после указа Павла Стального без герба и титула, а еще без языка, который ему отрезал чистой магией один из Жаросветовых у Петропавловки. Впрочем, руки у парня были на месте, даже две, а значит проголосовать за меня он мог.

Хуже было другое. Корень-Зрищин был единственным членом своего клана, всех остальных Павел Стальной успешно уничтожил.

И это было всё. Больше я никого собрать не осилил.

Старшим Глубиных была мама князя Глубины, которая ненавидела своего сына за то, что он так и не женился и не продолжил род. Так что уговорить её приехать поддержать меня Глубина не смог, да он вроде не особо и пытался...

Еще я пытался подкупить Старшего Цветковых, клана, потерявшего магию, но Старший Цветков находился в запое и к переговорам не был способен совсем.

А больше никого найти я просто не успел...

Вот это сборище самых худородных и презираемых АРИСТО во всей Империи и было моей группой поддержки, от них сейчас зависело, кто наденет корону — я или подонок Михаил.

Впрочем, поддержать меня приехали еще трое попов.

Архиепископ Новгородский Зосима, архиепископ Псковский Никифор и кардинал Риццо из Рима. Последний представлял группу воинственных католиков, которая согласилась поддержать меня в обмен на слово магократа, что я, став Императором, сниму все ограничения на закупку вооружения для рыцарских церковных орденов.

Ибо сейчас рыцари имели право покупать только стрелковое оружие, но не тяжелую технику. Это ограничение, разумеется, не касалось Мальтийского Ордена, но тот был скорее личной структурой Павла Вечного, а не частью Римской Церкви. А потом вообще был почти полностью уничтожен.